Русский
Русский
English
Статистика
Реклама

Краткая история будущего

Что такое смерть в XXI веке и почему мы ее боимся?

07.07.2020 20:18:31 | Автор: admin
Смерть одно из самых интересных явлений для философов прошлого и настоящего. Мы знаем, что жизнь человека конечна, а значит, наше время строго ограничено. Философы изучают, как знание о смерти влияет на жизнь человека.XXI век с его технологиями и возможностями в сфере digital заставляет нас задавать множество вопросов о том, что вообще такое смерть. В наши дни в рамках биоэтики происходит интереснейшая дискуссия о том, каковы критерии смерти. В прошлом все было просто: человек перестал дышать, его сердце больше не бьется значит, он мертв. Но сегодня технологии позволяют поддерживать жизнь людей в коме и тех, кто постоянно находится в вегетативном состоянии. Они дышат, но их сознание больше не функционирует так, как это происходит у здоровых людей. Живы ли они? Это один из самых животрепещущих вопросов нашего времени.Если посмотреть на эти размышления с точки зрения философии, то можно вспомнить, что Хайдеггер и другие философы, которые придерживаются феноменологической традиции, уверены: смерть наступает в тот момент, когда человек больше не может получать новый опыт и переживания, даже в том случае, если следы предыдущего эмпирического опыта человека продолжают жить в цифровом формате.Мне кажется, что смерть это прекращение работы сознания, даже если тело человека функционирует.Благодаря тому, что существует смерть, в нашей жизни есть приоритеты. Переделать все на свете мы не можем, так что приходится выбирать. Скорее всего, в списке задач большинства людей находятся те задачи, которые можно успеть сделать в течение жизни. Иначе выбор может оказаться бессмысленным. И люди совершают его интуитивно.Осознание собственной конечности связано и с понятием ценность. В эссе Быстротечность Фрейд писал, что осознание ценности чего-либо приходит тогда, когда мы понимаем, что это нечто не вечно. В своей работе он описывал цветок, который прекрасен потому, что цветет только одну ночь. Чем сильнее осознание конечности своей жизни, тем ценнее для нас определенные вещи.Философы утверждают, что думать о конечности окружающих намного проще, чем осознавать собственную смертность. Мы понимаем это на рациональном уровне, но не на чувственном. Хайдеггер объясняет это тем, что людям свойственно думать о смерти в будущем времени: Это произойдет, когда я стану очень старым. Но сейчас я молод, поэтому беспокоиться не о чем. Философ называет это явление недостоверностью. Она позволяет заниматься повседневными делами и не задумываться о том, что вечной жизни нет, а осознать собственные действия и решения в моменте невозможно. С точки зрения философа, чтобы это сделать, необходимо достичь достоверности бытия, то есть осознать изначальную бессмысленность своего существования и признать смерть через чувственный опыт, например тревогу или тоску. В книге Бытие и время 1927 года он утверждает, что мы как сущность неумолимо движемся к своей смерти вне зависимости от того, признаем мы это или нет.Эпикур полагал, что мысль о смерти вообще стоит отложить. Для него жизнь и смерть два совершенно разных, несопоставимых понятия. В письме своему другу он объяснял, что, когда человек жив, смерти не существует, потому что он не может ее пережить, будучи живым. А когда человек уже мертв, то волноваться больше некому. Таким образом, жизнь и смерть, с его точки зрения, никак не связаны. На самом деле есть в этой позиции небольшая доля лукавства. Или этот ответ можно назвать неполным. Ведь на самом деле многие люди беспокоятся о вещах, которые сопряжены со смертью, а не о самой смерти. Например, они боятся стать неизлечимо больными или травмированными. Они боятся событий, которые могут привести их к недееспособности. Они боятся, что попадут в аварию или их съест крокодил. Так что страх смерти включает в себя и другие страхи: страх увечий и болезней, страх нарушения телесности и угрозы для жизни.Мне кажется, что в будущем люди все больше будут ценить честность. А благодаря практикам философии смогут научиться проживать свою жизнь, заниматься тем, что им нравится. В общем, станут более подлинным, настоящими, как писал Хайдеггер. А образование станет ключом к этим изменениям. Подробнее..

Руины

08.07.2020 20:02:52 | Автор: admin
Руины один из излюбленных объектов изучения культурологов и тех, кто занимается эволюцией эстетических представлений например, проблемой эстетизации руин в эпоху романтизма и Просвещения, когда руины воспринимались как своего рода демонстрация торжества прогресса над разваливающимися зданиями, которые становятся музеями самих себя.Феномен руины в представлении Георга ЗиммеляУ Георга Зиммеля есть эссе, которое так и называется Руина (к сожалению, этот текст не оказал большого влияния в период, когда был написан, хотя впоследствии, сто лет спустя, занял важное место в социологии архитектуры). Зиммеля в феномене руин интересует то, что в них мы начинаем видеть сопротивление материала, которое почти незаметно взгляду прохожего, наблюдающего красоту здания. Искусство зодчества, пишет Зиммель, отличается от всех остальных искусств тем, что архитектор и строитель сталкиваются с таким сопротивлением материала, которое неведомо скульптору (скульптор, конечно, страдает, но страдает куда меньше, чем зодчий, от того, как ему противодействует его собственный материал) и уж тем более поэту, которому сопротивляются лишь слова. Если мы хотим зафиксировать эффект сопротивления, то начинать социологию архитектуры нужно не со зданий, а с руин: именно руина становится привилегированным, своего рода метонимическим объектом, в котором сущность архитектурного творчества выражена наиболее полно.Зиммель пишет следующее: есть интенция материала, а материал это то, что стремится вернуться в свое исходное состояние; и есть интенция архитектора, которая предполагает, что материал должен быть подчинен замыслу творца и стать невидимым, то есть чистым воплощением замысла архитектора, чтобы его собственная материальная природа не выступала на первый план и оказалась как бы незамеченной (то, что Хайдеггер называет свернутым объектом). Но, согласно Зиммелю, это почти никогда не достижимо, потому что архитектору лишь кажется, что, когда материал подчинен его воле, достигнута некоторая точка равновесия: есть интенция духа, которая стремится ввысь, и есть интенция инертной материи, которая тянет здание вниз.В этот момент, в эссе Руина, неокантианская логика Зиммеля дает сбой. Вообще для нас Зиммель один из классиков неокантианской социологии, хотя очень специфичной, поскольку она не такая чистая и прямолинейная, как у Вебера. А для неокантианца есть принципиальная разница между миром духа и миром материи, миром смыслов и миром действительности, потому что социолога-неокантианца интересуют именно логические формы вещей те формы, которые должны холодным взглядом отделяться от своего материального содержания, как говорит Зиммель в письме Селестену Бугле. В своих работах, за исключением эссе Руина и Мост и дверь, Зиммель примерный неокантианец. Он пишет, что есть форма, целиком принадлежащая миру духа, и есть оформляемая ею материя, целиком принадлежащая миру бытия. В Ручке вазы Зиммель говорит о том, что мы должны изучать материальные объекты с точки зрения тех символических отношений, в которые они вписаны, изучать их как экземпляры некоторых логических констант, которые в этих объектах воплощены. Когда он пишет свои эссе о Флоренции и Венеции, он эстетствующий, но все же неокантианец: в Венеции он обращает внимание на то, что мост лишили его экзистенциального значения, когда низвели его до уровня улицы. А в Руине материя вдруг тоже обретает интенцию, и, таким образом, форма находится по обе стороны различения: материал действует так же, как архитектор, и усилия архитектора и камня симметричны.Теперь любое здание это в каком-то смысле компромисс между интенцией материала и интенцией социального субъекта. Но в какой-то момент договор нарушается, и нарушается всегда материалом, который начинает подтачивать, сводить на нет усилия архитектора. И если архитектор сместил баланс между миром духа и миром природы в сторону мира духа, то материал, возвращаясь к земле и разрушая исходный замысел архитектора, подрывает ту форму, которую архитектор придал зданию, и создает новую руины. Таким образом, форма создается материалом так же, как создается архитектором.Типы руинНовая форма, форма руины, это культурная форма, но созданная не человеком, а теми процессами, которые в материале происходят. Именно в этом, говорит Зиммель, состоит особое очарование руин. А потому он отказывает в эстетической ценности трем типам руин. Первый тип руины, образовавшиеся под влиянием природных сил. Если природа стерла архитектурные сооружения с лица земли и в этих руинах мы угадываем лишь намек на то здание, которым оно когда-то было, как в случае с археологическими раскопками (с уродливыми колоннами на Римском форуме, по словам Зиммеля), то это уже ненастоящие руины: процесс распада от здания до жалких остатков прошел срединную точку руинирования и потому эстетическая ценность потеряна. Нас же, говорит Зиммель, на отрезке от цельного здания к его разрушенному состоянию интересует смещение на один шаг к руине.
Второй тип руин это здания, разрушенные людьми. Если здание разрушено человеком, мы не видим больше в руине того противоборства силы духа и силы природы, которое создает новую форму. А значит, эти руины, конечно, интересные, но не стоит уделять им особое внимание.Наконец, третий тип руин обитаемые руины. Здесь человек действует как молчаливый пособник природы: он позволяет зданию разрушаться. У нас появляется ощущение, что природа не сумела во всей полноте создать новую форму, потому что люди продолжили в этом разрушающемся здании жить. Классический пример район Рибейра в городе Порту, некогда представлявший собой обитаемые руины. После того как этот район был включен в список архитектурного наследия, там ввели жесткие ограничения, связанные с ремонтом этих зданий: нельзя было изменять их внешний вид, потому что теперь это считалось наследием человечества. Район бедный, и у людей не было возможности отреставрировать свои дома в соответствии со строгим эстетическим вкусом международных организаций. Поэтому здания продолжали разрушаться, пока наконец не были выделены деньги на их восстановление.
Материалы здания и его контекстЗиммель пишет преимущественно о естественных материалах, которые взяты из природы и потом в нее же и возвращаются. А как быть, например, с современными материалами, железобетоном? А как быть с моей любимой московской руиной голубой зуб, на которую я смотрю из окна своего кабинета на протяжении 15 лет? Это здание из стекла и бетона, а не камня и дерева, о которых пишет Зиммель, и потому природа, по идее, не действует здесь. Но нет: одно из сильных впечатлений, которое это здание, в данный момент уже разбираемое, производило, связано с тем, что на высоте середины этого здания выросли деревья в два человеческих роста. Это здание действительно оказывается захваченным природой, и контраст того, что, с одной стороны, оно из стекла и бетона, а с другой захвачено природой, и на нем растут деревья, производит особое впечатление. Так что зиммелевская логика не страдает, когда мы заменяем руины королевского дворца на руины московского голубого зуба.
Другой сюжет связан с контекстом: Зиммель описывает руины построек в сельской пасторали, которые оказываются вырезаны из своего контекста, а потому мы можем наблюдать, как созданные архитектором творения дальше перестраиваются природой, исходя из интенций материала, а не замысла архитектора. А как быть с городом, в котором руины оказываются в окружении функциональных зданий? Но это опять же не ломает логику Зиммеля, потому что каждое здание является своего рода договором не только между архитектором и материалом договором, который всегда будет нарушен, поскольку материал имеет свою собственную логику и интенцию, но и между зданием и тем контекстом, в котором оно находится.Здесь можно вспомнить замечательную работу Владимира Паперного, который взял большое количество интервью с разными архитекторами. Она называется Fuck context так архитекторы сформулировали свое кредо: если природа постоянно нарушает наш с ней договор и материал стремится к разрушению, то мы не обязаны соблюдать договор между зданием и тем, что его окружает. В каком-то смысле голубой зуб это двойная руина, двойное нарушение договора: со стороны материала и между зданием и контекстом, в котором оно находится (потому что контекст, в котором голубой зуб находится, это кампус РАНХиГС).Как действует материал?На следующем этапе, анализируя зиммелевскую модель, мы можем выстроить несколько разных способов анализа того, как действие материала заставляет действовать здание. Мы приходим к идее здания как действующего объекта. При этом Зиммель пишет, что действие материала и действие здания разнонаправленны: чтобы здание могло действовать как технический объект и работать исправно, материал должен быть нейтрализован, он не может действовать так, как ему хочется. И действие разных типов материала дает разные возможности для действия здания или блокирует такие возможности.В этот момент могут прийти социальные антропологи и сказать, что само по себе разрушение не является культурно нейтральным феноменом. Что считать разрушением, а что им не считать это всегда вопрос некоторых собственных репрезентаций наших представлений о разрушении, и если вы хотите понять, что такое руины, анализируйте человеческие представления о прекрасном и разрушении, с которыми связаны декадентские культурные коды. Но Зиммель бы ответил, что это не о представлениях, символах, репрезентации, а о том, что материал действует, обладая собственной интенцией и направленностью. Эта направленность может какое-то время оставаться невидимой благодаря умелой работе зодчего, но рано или поздно даст о себе знать.Здесь есть любопытный сюжет, связанный с эволюцией материалов в строительстве. Сейчас нам понятно, что трещины на железобетоне это неизбежное зло, он будет трескаться, и это в порядке вещей. В представлении же архитекторов и градостроителей того периода трещина на железобетоне символ катастрофы, для них она не отличалась от трещины, прошедшей по каменному зданию. В 1909 году немецкие архитектурные ведомства объявили войну трещинам. Они заставили увеличивать диаметр арматуры и очень серьезно относились к замазыванию трещин, пока не стало ясно, что лучше смириться с трещинами, чем бесконечно насиловать железобетонные конструкции.Культурные антропологи указывают, что это вопрос культурной конвенции, это вопрос того, как мы воспринимаем и структурируем этот мир: что мы считаем разрушением, воспринимаем трещину как катастрофу или нет. На это Зиммель отвечает, что есть материал и разные материалы действуют по-разному. Ошибки строительства на этапе появления бетона произрастали из того, что люди пытались использовать его, как если бы это был камень, а у него принципиально другая логика действия: он очень прочен на сжатие, и с годами эта прочность растет, но он очень уязвим к деформации на растяжение. И поскольку в сознании архитекторов того времени бетон это просто искусственный камень, совершается масса ошибок. А когда появляется железобетон, два материала железо и бетон, у которых общий коэффициент расширения, начинают работать в ансамбле, но здесь неизбежно возникают диссонансы, и тогда появляются трещины.Зиммель бы на это сказал, что железобетон, бетон и камень действуют независимо от наших представлений о них. Мы можем воспринимать трещины как катастрофу или, наоборот, как нечто вполне естественное. Но если мы хотим понять, как работает здание, нам надо понять, как работают его материалы, и необходимо вернуться от культурных репрезентаций к цементу, бетону, камню и железобетону. Подробнее..

Центр эндокринной системы кто управляет гормонами?

09.07.2020 20:17:17 | Автор: admin
БиологОльга Смирноваобъясняет, как координируется работа эндокринной системы. Это материал врамках гида Гормоны.Что это?Схема гипоталамо-гипофизарной системы, контролирующейработу эндокринных желез, ответственных за выработку гормонов.Гипоталамус и гипофиз отвечают за координацию работы гормональной системы. Гипоталамус контролирует гипофиз, который, в свою очередь, высвобождая различные виды сигнальных гормонов, влияет на большинство эндокринных желез в организме, таких как щитовидная железа, надпочечники и гонады.Все процессы происходят в замкнутом цикле: в эндокринной системе предусмотрены обратные связи механизмы, которые помогают контролировать уровень гормонов в крови. Сигнальные гормоны активируют продукцию гормонов желез, а те, в свою очередь, подавляют продукцию сигнальных гормонов. Таким образом сохраняется естественный баланс.Каждый сигнальный гормон отвечает за свою функцию.Например, когда организму нужно больше энергии, гипоталамус выделяет тиреотропин-рилизинг-гормон (ТРГ). Под его действием гипофиз вырабатывает тиреотропный гормон, а тот, попадая в кровь, направляется к щитовидной железе и запускает выработку тиреоидных гормонов они регулируют энергообмен и работу нервной системы. Если концентрация тиреоидных гормонов повышена, человек худеет и сталкивается с повышенной возбудимостью, а если понижена набирает вес и становится флегматичным.Кортикотропин-рилизинг-гормон (КРГ) стимулирует выработку адренокортикотропного гормона (АКТГ), который, в свою очередь, повышает продукцию кортизола в коре надпочечников. Кортизол нужен организму для углеводного обмена, а еще он поддерживает организм во время стресса:повышает выносливость и учащает сердцебиение.Еще один гормон гипоталамуса гонадолиберин стимулирует выработку гонадотропинов в гипофизе лютеинизирующего (ЛГ) и фолликулостимулирующего (ФСГ) гормонов. Под влиянием ФСГ и ЛГ половые железы производят свои гормоны эстроген и тестостерон.Соматолиберин стимулирует выработку гормона роста (соматотропного гормона (СТГ)) в гипофизе. Этот гормон отвечает за рост костей, метаболизм и регенерацию, а вырабатывается преимущественно во время сна. Когда уровень СТГ в организме становится достаточным, он стимулирует продукцию инсулиноподобного фактора роста 1 (ИФР-1) гормона печени, а тот, попадая в кровь, провоцирует в гипоталамусе секрецию соматостатина, который подавляет продукцию СТГ. Переизбыток соматотропина, как можно догадаться,приводит к слишком высокому росту, увеличению внутренних органов и аномальной длине конечностей, а также другим патологиям.Чем это интересно для науки?Гипоталамус отдел нервной системы, а передний гипофиз, продуцирующий сигнальные гормоны, эндокринный орган. На примере работы гипоталамо-гипофизарной системы можно изучать, как нервная система связана с эндокринной и как они помогают друг другу регулировать функции организма: энергообмен, стресс, половую функцию.Зачем об этом знать?Эндокринная система, как и нервная, играет ключевую роль в работе организма. Благодаря нервной системе мы можем чувствовать и двигаться, а эндокринная отвечает за сон и рост организма, голод и сексуальное желание. В нашем теле все тесно взаимосвязано: десятки одних веществ координируют работу десятков и сотен других веществ. Нарушение этой цепочки приводит к серьезным последствиям для здоровья, поэтому гипоталамус и гипофиз непрерывно контролируют работу всей эндокринной системы от выработки гормонов счастья до тестостерона и эстрогена. Подробнее..

5 книг по истории искусства

10.07.2020 20:01:36 | Автор: admin
Искусство идет рука об руку с политикой, религией и судьбой отдельных авторов от византийских храмов до футуризма и авангарда Италии XX века. Сложное в своей междисциплинарности, но прекрасное само по себе. Историк Олег Воскобойников рекомендует книги, которые помогут разобраться в истории величайших памятников искусства.
Храм Святой Софии Константинопольской в свете византийских источниковВиноградов А.Ю., Захарова А.В., Черноглазов Д.А. СПб., Издательство Пушкинский дом. 2018О величайшем византийском храме в последние годы за границей пишут много, и эта книга важная веха в изучении этого памятника. Несмотря на строго академическое, специализированное название, это не только свод письменных свидетельств о юстиниановской Великой церкви, но и превосходное знакомство с Софией, ее архитектурой и мозаиками в связи с историей христианства, политикой и, конечно, литургикой. Книга разделена на две части: первая исследование, вторая точные переводы с подробными комментариями поэтических и прозаических описаний, экфрасисов, которые посвящались базилике на протяжении фактически всей истории империи. Среди них выделяется ключевой текст Описание храма святой Софии Павла Силенциария, которое слушал сам византийский император Юстиниан. Но, пожалуй, главное, что, вчитываясь в древние тексты, мы получаем шанс увидеть самую удивительную постройку православного мира глазами греков.
Загадка Пьеро: Пьеро делла ФранческаКарло Гинзбург. Пер. М.Б.Велижева. М., Новое литературное обозрение, 2019Гинзбурга, одного из отцов микроистории, у нас переводят редко, но довольно метко. Перед нами очередной хороший перевод небольшого расследования (итал. indagine) о загадочном мастере XVвека. Гинзбург всегда любил распутывать разного рода клубки противоречий и почти всегда на смежных дисциплинарных территориях. Расследования о Пьеро (таково оригинальное название) и типичная микроистория, включая детальный разбор, и не менее типичное воплощение методов немецкого историка искусства Аби Варбурга и его школы, с которой Гинзбург связан по сей день. Поиск разного рода улик и косвенных свидетельств его исследовательская парадигма, почти запатентованная, но на самом деле творчески развитое наследие и варбургианцев, и некоторых великих итальянцев вроде Роберто Лонги. Он полемизирует с традиционным искусствознанием, но его расследование лепта в его копилку. Вместе с тем эта книга, открывшая в 1981году серию Microstorie, молодая и свежая, задорная, почти детективная, но одновременно строго фундированная и доказательная. По счастью, перевод Михаила Велижева передает все эти нюансы творчества нашего замечательного современника.
Искусство тоталитарной ИталииАнна Вяземцева. М.: РИП-ХОЛДИНГ, 2018Вряд ли кто-то поедет в Италию, чтобы наслаждаться муссолиниевскими почтамтами и бывшими обкомами партии. Именно поэтому, помимо ненависти к тоталитаризму, которая у нас в крови, о фашистском двадцатилетии в России почти не писали, и относительно немного до недавнего времени писали за рубежом. Голомшток и Паперный приучили некоторых из нас к более сбалансированному взгляду на проблему тоталитаризм искусство, но Италия все равно оставалась за горизонтом. Эта масштабная, прекрасно иллюстрированная книга, написанная молодым историком искусства из Рима, восполняет очевидную лакуну. Она затрагивает период с конца XIX века до послевоенных лет, но это по-своему оправдано: сложные отношения между искусством и тоталитарной властью не понять без футуризма и других форм авангарда. Анна Вяземцева редко дает описания конкретных произведений, зато в ее книге их авторы художники, скульпторы, архитекторы живые люди, а не просто представители каких-то течений или школ. О них рассказывают не только картины, статуи и постройки, но и архивные документы, пресса, художественная критика, манифесты и указы правительства. Благодаря этому перед нами во весь исполинский рост встает та Италия, которую мы обычно не замечаем.
Мир образов. Образы мира. Антология исследований визуальной культурыУчебное пособие. Редактор-составитель Наталия Мазур. СПб., М., Новое издательство, 2018Эта антология первая в России полноценная Варбургиана. В нее вошли тридцать текстов, написанных двадцатью девятью авторами с 1929 по 2007 год. В начале книги Аби Варбург, в конце Ганс Бельтинг. Таков, с точки зрения Наталии Мазур, путь, пройденный за столетие визуальной культурой (visual studies) относительно молодой дисциплиной, вполне уверенно закрепившейся сегодня и на Западе, и в России. Многие выбранные из десятков возможных кандидатов авторы историки искусства по профессии, другие по призванию или по тяге к гуманитарной всеядности, третьи приходили к визуальным свидетельствам через историю, антропологию или семиотику. Подавляющее большинство последователи Варбурга или насельники знаменитого лондонского института. Так или иначе, даже если называть всех этих замечательных ученых исследователями визуальной культуры, без истории искусства в качестве точки отсчета, старта, предмета рефлексии или мишени критики они немыслимы. По этой простой причине, на мой взгляд, перед нами антология вовсе не только визуальных исследований, но и искусствознания такой науки об искусстве, которая, возможно, не каждому историку искусства покажется классической, но вполне авторитетной. Хотя книга не лишена некоторых недостатков, она прекрасно иллюстрирована, о каждом авторе редактор написала замечательные краткие предисловия, и в целом эта антология прекрасно покажет любому из нас, как именно искусство изучали в ХХ веке.
Взгляд улитки. Описания неочевидногоДаниэль Арасс. М., Ад Маргинем Пресс, 2020Эта книга о нескольких художниках и нескольких картинах. Разговор автора с некоей Джулией, которой, получается, крупно повезло, что ее водил смотреть картины выдающийся ученый, один из моих любимых историков искусства. В 2000году, когда я ходил на его лекции в Высшей школе социальных наук, по харизме с ним могли сравниться немногие, разве что Мишель Пастуро и Жак Деррида. Арасс, неожиданно и рано ушедший из жизни в 2003 году, был до мозга костей историком искусства, без особых междисциплинарных примесей. Но он был из тех немногих, кто учил остроте именно искусствоведческого взгляда, учил всматриваться в деталь, допытываться, словно следователь, описывать то, на что ты смотришь, и только на основе этого описания точного, ясного, фундированного можно было делать выводы. Будучи итальянистом, он авторитетно мог говорить и о Курбе, и о Веласкесе или Брейгеле. Эрудиция его не знала границ, но подавалась с какой-то невероятной простотой в чем он похож на Пастуро. В представленной нам книге действительно есть улитка на одной картине, но оригинальное название все же Ничего не видно. Описания. Ее можно прочесть за вечер и очень многому научиться. Подробнее..

Илья Локшин Одно дело освободиться от авторитарного режима, совсем другое прийти к демократическому

10.07.2020 20:01:36 | Автор: admin
С чем связано качество демократических процессов? Почему демократизация в постколониальных и посткоммунистических государствах проходила по-разному? Должны ли все граждане одинаково участвовать в политическом процессе? О том, что такое демократия и есть ли предел у процесса демократизации, редактор ПостНауки Кристина Чернова побеседовала с политологом Ильей Локшиным.Признаки и ценности демократии Что такое демократия? Каковы признаки демократических государств? Демократия не существует сама по себе как нечто совершенно объективное. Можно поставить пределы определения демократия произвольно, в зависимости от наших взглядов и теорий, которые можно оспорить. Границу между демократией и недемократией сложно провести.Проблема с определением демократии привела к двум разным подходам. Согласно первому, в основе понятия демократии лежат формальные характеристики: наличие избирательного права, политической инклюзивности и плюрализма. В демократическом государстве граждане избирают людей, которые принимают политические решения.Другое определение демократии основывается не столько на формальных, сколько на сущностных характеристиках и делает акцент на качестве электоральных процессов, политической инклюзивности и плюрализма. Например, в плоскости политического участия: одно дело, когда граждане раз в четыре года бросают бюллетени в урны, другое когда люди политически активны и между выборами. Это порождает бльшую интенсивность демократических процессов и прозрачную подотчетность. В разговорах о демократии всегда присутствует полярность: есть демократия, а есть автократия. Корректно ли такое разделение? По этому вопросу между исследователями нет полного согласия. Некоторые авторитетные ученые настаивают на том, что демократия либо существует, либо нет. Среди них политолог Адам Пшеворский с соавторами они определяли демократию минималистически, через элементарные процедуры. Однако такой подход описывает сложную и многогранную политическую практику сквозь призму грубых теоретических инструментов.Сегодня наиболее распространен градационный подход к демократии. Он предлагает консенсусную позицию с выделением серых зон и промежуточных этапов между автократией (неограниченным контролем власти одним лицом или группой лиц) и демократией1.
Процесс демократизации Кажется, что после падения режима страна постепенно переходит к какой-либо демократии к электоральной или в крайнем случае либеральной. Но могут ли еще больше демократизироваться устойчивые демократии, например США? Вопрос, который сегодня стоит в повестке США, наоборот, относится к размыванию и деградации демократии. Эти процессы связаны с президентством Дональда Трампа. То, что происходит сейчас с западной демократией, волнует исследователей гораздо больше, чем углубление качества демократии на Западе.Процесс демократизации потенциально бесконечен, потому что качество демократических процедур может развиваться долго и в разных направлениях. Пример повышение качества демократического обсуждения, то, что называется демократической делиберацией. Одно дело, когда общество пытается влиять на принятие политических решений через голосование это формальная процедура, которая не предполагает глубокого вовлечения в процесс принятия решений: люди могут и вовсе ни с кем не обсуждать, за кого они голосуют и почему, а только приходить на избирательный участок и бросать бюллетень в урну. А демократическая делиберация предполагает включение человека в процесс обсуждения демократических решений об этом писал философ и социолог Юрген Хабермас и другие исследователи. В этом случае создаются специальные площадки от фокус-группы до масштабных, общенациональных проектов, которые позволяют услышать мнение людей о стоящих перед обществом проблемах. Но процесс обсуждения еще и влияет на сами позиции граждан, в том числе он может привести к изменению в точках зрения. Важно при этом и выстроить процесс коммуникации, потому что делиберативная демократия предполагает, что главенствует лучший аргумент2.Еще один пример развитие гражданского общества, которое ограничивает действия политических элит. Аргумент, что демократия очень сильно зависит от гражданского общества и от того, насколько оно живое и активное, работает и для стран с развивающейся демократией, и для стран, где она развита. Задать верхнюю планку развития гражданского общества практически невозможно. Должны ли все граждане участвовать в политическом процессе? Равен ли голос человека с тремя классами образования голосу политолога? У политологов есть соблазн сказать, что голос политолога должен значить гораздо больше. Философ Джон Стюарт Милль приводил аргумент3, что количество голосов при волеизъявлении должно быть пропорционально интеллектуальным параметрам и уровню политической осведомленности. Эти параметры ученый предлагал измерять через уровень образования. Милль придумал сложную систему, к которой можно предъявить много претензий. Важный момент: Милль был не только демократом, но и либералом может быть, даже в бльшей степени либералом, чем демократом.Мысль о том, что одинаково оценивать голос каждого человека это нечестно и неправильно, связана с верой в некомпетентность народа. Это очень давний аргумент, который можно найти еще у Платона и который повторяется в разных формах вплоть до сегодняшнего дня.Аргумент о том, что народ политически некомпетентен, уравновешивается двумя сильными соображениями. Прежде всего, демократия это указание на моральное равенство людей, которое проецируется в политическую плоскость. Первые аргументы в пользу демократии гласили, что ни один человек не должен находиться в личной зависимости от другого. В этом смысле политическое равенство это продолжение идеи отсутствия личной зависимости. Если мы введем дифференциацию по количеству голосов, то личная зависимость скрытым или явным образом проникнет в политическую и социальную реальность. Аргумент о моральном равенстве очень важен если привести его, далеко не все люди будут готовы высказываться против.Второе соображение: важна не только политическая компетентность, но и наличие доброй воли. Мы можем считать, что элиты компетентнее: больше знают о политике и как принимать решения. Но некоторые политические философы, например Никколо Макиавелли, спросили бы: каковы гарантии того, что политические элиты добродетельны? Может быть, они хотят угнетать бедный и несчастный народ? А народ, говорил Макиавелли вслед за Аристотелем, часто некомпетентен, но добродетелен, потому что не хочет быть угнетенным. С этой точки зрения многие демократические институты на самом деле смешанные с либеральными институциями направлены на то, чтобы ограничить политический произвол кого бы то ни было. Для восстановления политического баланса и справедливости можно использовать принцип равного доступа к принятию политических решений хотя бы через голосование. Тогда как обеспечить максимально возможное участие гражданского общества в жизни государства? Вариантов много. Участие гражданского общества в жизни государства зависит не от законодателей, которые предлагают решения и институциональный дизайн. Степень активности гражданского общества определяется людьми, которые в него вовлечены: их политической культурой, отношением к политике и степенью политизированности.С другой стороны, на общество могут влиять меры, стимулирующие политическое участие. Например, уже упомянутые процедуры новых демократических делибераций. Или использование современных технологий, которые позволяют людям из дома обсуждать и принимать политические решения. Поговорим о демократизации в постколониальных и посткоммунистических государствах. Интересно, чем характеризуется процесс демократизации, который происходит в крупных группах? Здесь много нюансов. В постколониальных государствах странах Африки и Азии, Латинской Америке, хотя она все-таки встала на этот путь раньше, чем те же страны Африки, возникают фундаментальные проблемы с государственностью. Популярный аргумент: для того чтобы построить демократическое государство, сначала нужно построить государство. Если государственные институты не работают, то не может возникнуть более-менее эффективная демократия. Можно ли думать о построении эффективной демократии, если отсутствует верховенство права, а государственная инфраструктура не позволяет принимать эффективные политические решения и контролировать территорию? В XX веке во многих постколониальных странах институты государственности работали плохо или не работали вовсе.В некоторых посткоммунистических странах возникла подобная проблема, но со своей особенностью: государство срослось с партией. Когда начались процессы демократизации или когда коммунизм как политическая система ушел в прошлое, нужно было отделить государство от партии, восстановить политические институты. Пришлось строить институты государственности фактически в процессе демократизации. Была даже книга, посвященная посткоммунистическому переходу, Rebuilding the Ship at Sea (Перестройка корабля в море4). Некоторые исследователи считали, что происходит не перестройка, а построение: очень сложно создать корабль-государство, когда ты не в гавани, а в открытой воде. Почему Китай не поддался волне демократизации посткоммунистических государств и сохранил режим? Потому что Китай мало зависел от Советского Союза. У советского блока накопились серьезные экономические проблемы, в обществе витало недовольство и понимание того, что оно зашло в тупик.Китай после смерти революционера Мао Цзэдуна в 1976 году начал показывать высокие темпы роста экономики. Коммунистическое правление, которое в Китае было и остается до сих пор, было легитимизировано за счет подъема экономики, который поддерживал недемократический политический строй.Волны демократизации Поговорим об изучении демократизации. Как, когда и почему начали исследовать этот процесс? Если не возвращаться к древним грекам, то изучение демократизации началось примерно в середине XX века. В то время теории демократизации были изначально встроены в теории модернизации. Исследователи пытались ответить на более широкий вопрос: не о том, почему одни страны стали демократиями, а другие нет, а о том, почему одни страны перешли в эпоху модерна и стали современными, а другие сохранили традиционный строй.Одной из первых значительных попыток изучения демократизации стала книга социолога и политолога Баррингтона Мура Социальные истоки диктатуры и демократии. Автор задает вопрос: какие существуют альтернативные способы войти в эпоху современности и модерна? Но у Мура демократия была лишь одной из форм политической современности наряду с политическими системами, которые существовали в СССР, нацистской Германии и Китае.Другой виток изучения демократизации связан с периодом после Второй мировой войны. Многие территории получили независимость, и было неясно, какой политический режим там установится. Американские исследователи задумались: почему многие новообразовавшиеся страны не становятся демократиями, в них появляются авторитарные режимы и возникают проблемы с государственностью? Этот вопрос послужил отправной точкой для исследователей, они стали изучать условия возникновения демократии в новых обществах.В последней четверти XX века случилось то, что социолог и политолог Сэмюэл Хантингтон назвал третьей волной демократизации: внедрение демократических принципов стало распространяться по миру сначала в Южной Европе5, затем в Латинской Америке, а потом и в посткоммунистических странах. Почему вдруг произошел массовый сдвиг в сторону демократии или по крайней мере уход от прежних форм авторитаризма? Это было связано с разными внешнеполитическими сюжетами и даже интересами. Хантингтон писал о трех волнах и двух откатах волн демократизации. Первая волна началась в 1920-х годах. Третья возникла в 1974 году и продолжается в настоящее время, хотя не все исследователи с этим согласны. Чем волны демократизации отличаются друг от друга? Выделение волн демократизации условно. Это ярко иллюстрирует третья волна, потому что она состоит из трех подволн, которые прошли в Южной Европе, Латинской Америке и посткоммунистических странах. Часть исследователей включают в третью волну арабскую весну.Процессы демократизации, связанные с первой волной, прошли в конце XIX начале XX века. В Западной Европе XIX века стоял вопрос о расширении политического участия, даровании политических прав социальным группам, которые были исключены из политической системы, части буржуазии и рабочему классу. Все больше социальных групп включалось в политическую систему. На протяжении XIX века устанавливались правила конкурентной политической игры. В Великобритании консерваторы и либералы соревновались между собой по принципам, которые сегодня ассоциируются с демократией. Однако это было состязание элит, а население исключалось из процесса. Существовала базовая институциональная инфраструктура демократии, в которую нужно было включить новые массы людей.Во второй половине XX века возник иной смысл демократизации. Практически всегда разные категории населения имели политические права и включались в политическую систему. Но характер режима правления был недемократическим, потому что не существовало правил игры, которые связаны с политической конкуренцией и подотчетностью политических элит населению в широком смысле слова. Специфика этих процессов накладывает большой отпечаток на их сущность и ход. Чем объясняются волны и откаты демократизации? Все идет хорошо, и вдруг демократизация тормозится или прекращается. Это иллюзия, так практически никогда не происходит. Базовый урок при изучении демократизации: одно дело освободиться от авторитарного режима, совсем другое прийти к демократическому. Очень часто и в XIX, и в XX веке один авторитарный режим сменялся другим: никакого перехода к демократии не было.Для Европы переход к демократии был мучительным процессом. Мы привыкли думать, что Европа это практически синоним либеральной демократии. Однако Франция мучилась 150 лет. В Англии условия, пригодные для перехода к демократии, появились после бедствий и катастроф XVII века. Демократизация это очень сложный процесс, в котором есть позитивные для демократии всплески и, наоборот, падения.Нет единого мнения о том, что является главным движущим фактором этого процесса. Теория волн демократизации предполагает, что переходы происходят параллельно в политической системе большого количества стран. Например, если мы посмотрим на вторую и третью волну, то обнаружим совместный переход к демократии в Италии, Германии и Японии. Он связан с тем, что союзники, победившие в войне, способствовали установлению новых политических систем и режимов, а иногда и делали это сами.Единовременность перехода третьей волны и посткоммунистических стран связан с внешним навязыванием демократии. В этом случае сработал принцип домино: политический кризис в одной стране запустил цепную реакцию. Вы упомянули, что в США происходит откат демократизации. Где еще совершается нечто подобное? Науке о демократии и демократизации свойственны почти панические настроения. Исследователи наблюдают тенденции деградации демократических институтов в оплоте демократии западном мире. Даже ставят вопрос о том, насколько демократия связана с западным культурным кодом.Сейчас США это прежде всего Дональд Трамп. Растет популизм: он охватил многие западные страны, например Францию (Марин Ле Пен и ее партия). Сильные популистские движения существуют в Нидерландах, Италии, Германии.Две страны, которые стоят особняком, это Венгрия и Польша, потому что в индексах демократии они лишились статуса либеральных демократий, который имели в конце 2000-х годов. Венгрия сейчас находится на границе электоральной автократии. Возникает вопрос: не происходит ли парадигмальная смена политического развития мира? Грубо говоря, очередная волна? Может быть, волна автократии. Некоторые исследователи пишут толстые книги о том, что демократия находится под угрозой. Другие говорят, что это временный спад и ничего серьезного в этом нет: популизм пройдет. Консенсуса среди исследователей нет. Но сам факт того, что такие вопросы ставятся, важный индикатор политических изменений.Дополнительные материалы:1. О разных подходах к определению демократии см.: Бернхаген П. Измерение демократии и демократизации // Демократизация, под ред. К.В. Харпфера, П.Бернхагена, Р.Инглхарта, К.Вельцеля. М., 2015. С. 69-97.2. О делиберативной демократии см., например: Dryzek J. Deliberative Democracy and Beyond: Liberals, Critics, Contestations. Oxford University Press, 2002.3. См. сочинение Милля Рассуждения о представительном правлении (Considerations on representative government4. Elster J., Offe C., Preuss U. Institutional Design in Post-Communist Socieites: Rebuilding the Ship at Sea. Cambridge University Press, 1998.5. Хантингтон С. Третья волна: демократизация в конце XX века. М., 2003. Подробнее..

ВИЧ Леонид Марголис в Рубке ПостНауки

10.07.2020 20:01:36 | Автор: admin
1 июля к нам в Рубку ПостНауки приходил доктор биологических наук Леонид Марголис. Вместе с соучредителемПостНауки Романом Авдеевым они обсуждали историю появления ВИЧ, создание вакцины против иммунодефицита человека, способы укрепления иммунитета и роль вирусов в природе.Леонид Марголис доктор биологических наук, заведующий отделом межклеточного взаимодействия Национальных институтов здоровья США, профессор факультета биоинженерии ибиоинформатики МГУ имени М. В.Ломоносова.Узнать больше о вирусахможно из нашего гида Полезные вирусы.Вдругих выпусках Рубки побывали культуролог Оксана Мороз (Цифровая память), биолог Алексей Москалев (Старение), экономист Алексей Белянин (Как коронавирус повлиял на принятие экономических решений) и врач-невролог Леонид Чутко (СДВГ).Прямые эфиры выходят на новом канале. Рубка выходит вэфир попонедельникам исредам в18:00. Гостейпоочереди встречают издатель ПостНауки Ивар Максутов исоучредитель ПостНауки Роман Авдеев. Подробнее..

Мозг и сон Ольга Сварник в Рубке ПостНауки

13.07.2020 16:01:27 | Автор: admin
Гость Рубки нейрофизиолог Ольга Сварник. Вместе с издателем ПостНауки Иваром Максутовым будем выяснять, что науке известно о сне.Ольга Сварник кандидат психологических наук, старший научный сотрудник лаборатории психофизиологии им. В. Б. Швыркова Института психологии РАН.Впредыдущих выпусках Рубки побывали биолог Дмитрий Алексеев (микробы кишечника и правильное питание), вирусолог Леонид Марголис (ВИЧ) и психолог Мария Фаликман (многозадачность и состояние потока). Подробнее..

Олег Шибанов История с пандемией не имеет аналогов

14.07.2020 22:01:57 | Автор: admin
Человечество уже не раз переживало экономические кризисы, но это всегдабыли затруднения более локального характера, чем проблемы, обрушившиеся на мировую экономику во время пандемии коронавируса. Как долго продлится экономический спад, какие существуют меры по борьбе с кризисом и насколько они эффективны об этом издатель ПостНауки Ивар Максутов поговорил с экономистом Олегом Шибановым.Кризис спроса и кризис предложения Коронавирус привел к целому ряду проблем в обществе, вчастностик экономическому кризису. Хотя текущий кризис и не Великая депрессия, все же если сравнить его с предыдущими, то как его можно классифицировать? Я бы сказал, что это весьма необычный медицинский кризис, который затрагивает сразу все страны мира. Конечно, мы уже переживали экономические кризисы. Но вся эта история с пандемией коронавируса не имеет аналогов, нам ее не с чем сравнивать, кроме как с далеким испанским гриппом 19181920-х годов или какими-то локальными событиями вроде атипичной пневмонии или свиного гриппа.Предложение, то есть производство товаров и услуг, может страдать из-за того, что фабрики и заводы не могут выпускать какие-то товары, и происходит кризис недопроизводства. Но в современных условиях это бывает редко. Большинство предыдущих кризисов, по крайней мере XX и XXI веков, кризисы спроса. Например, во время предыдущего мирового кризиса 20082009 годов из-за падения рынка акций, облигаций и прочего сильно снизилось благосостояние людей, и резко упал спрос на товары и услуги.Нынешний же кризис фактически совмещает проблемы как спроса, так и предложения. С одной стороны, люди теряют работу,у них становится меньше денег, особенно в развивающихся странах. С другой это кризис недопроизводства: в Китае на два месяца были закрыты фабрики во многих важных провинциях.И в предыдущий кризис, и в нынешний в развитых странах был резкий скачок безработицы и увеличение количества людей, приходящих за пособиями1. Причина простая: эти государства могут себе позволить поддерживать людей, вынужденных оставаться дома. А вот в развивающихся странах, включая Россию, история всегда была другой. Когда люди понимали, что у них больше нет возможности официально работать, они просто шли копать свой огородик или уходили в неформальный сектор, гаражную экономику.В кризис же, с которым мы сейчас столкнулись, социальная активность и взаимодействие людей невозможны. Он рукотворный, созданный государствами, вводящими карантин, самоизоляцию и другие ограничения, которые фактически не дают людям возможности уйти в эту неформальную занятость.Поэтому нынешний кризис гораздо более опасный, чем предыдущие, и что делать дальше только время покажет. У экономистов теперь работы на год вперед. Вы сказали, что этот кризис медицинский. Нужно ли теперь выделять особый тип кризиса, связанный с неэкономическими причинами? Пока такой особый тип не выделяют. Но, думаю, этот кризис повлечет за собой большие изменения, которые в дальнейшем придется учитывать макроэкономистам и аналитикам. Потому что впервые на памяти нескольких поколений государство действует так, как никогда раньше не действовало. Во время того же испанского гриппа были отдельные попытки довольно жестких карантинов, но не по всему миру. Современное общество впервые столкнулось с таким последствием глобализации. Поэтому этот кризис будут подробно описывать и пытаться понять, как действовать дальше, чтобы дать возможность медицине лучше взаимодействовать с макроэкономикой и уметь вовремя реагировать на такие события.
Структура кризиса: V, U, W или L Какими бывают по своей структуре кризисы, почему это важно понимать? И как можно описать этот кризис? Структуру кризисов пытаются изображать латинским буквами. В кризисе типа V экономика быстро падает, а потом столь же быстро восстанавливается. В кризисе типа L падает, а потом лежит и долго не может восстановиться2. Структура кризиса типа W сейчас серьезно обсуждается. Это история, когда происходит падение экономики из-за ограничений, затем все бурно выбегают на улицу, и снова начинается рост. Потом опять падение, потому что коронавирус не уйдет просто так. А затем снова рост, потому что мы снова возвращаемся на улицы, и так далее. Есть еще одна новая буква, похожая на символ в логотипе Nike, немного похоже на L, тоже про медленный рост.
При описании кризисов мы смотрим на ВВП, чтобы хоть на что-то ориентироваться. Многие прогнозы сначала выглядели весьма радужно. Но некоторым аналитикам сразу было ясно, что инвестбанки излишне оптимистичны. Например, JPMorgan предсказывал в середине марта, что в первом квартале глобальная экономика сильно замедлится, упадет до 12%, а в третьем вырастет до 19%. Но экономика так не развивается. Мы быстро поняли, что этого не произойдет, потому что выход на плато шел гораздо медленнее, чем ожидалось. Многие рассчитывали немного посидеть дома, снизить нагрузки на больницы и выйти обратно. Но оказалось, что этот вирус, возможно, на долгие годы останется с нами, и потомубыстрого восстановления никто не ждет. Поэтому последние прогнозы от Мирового валютного фонда или Fitch по сравнению с предыдущим прогнозом печально изменились3.Для мировой экономики восстановление, по ожиданиям того же МВФ, будет V-образным: вэтом году падение, в следующем рост, которыйтем не менеене восстановит деловую активность на прежнем уровне. Многие думают, что это замедленное восстановление, которое продлится не меньше двух лет, а, может, затянется.ВВП и деловая активность Почему в этой ситуации нам важно следить за динамикой ВВП? Мне как макроэкономисту и макрофинансисту понятно, что такое ВВП, но для обычныхлюдей этот показатель не должен иметь значения. ВВП, наверное, наиболее абстрактный вариант исследования деловой активности в экономике, и гораздо интереснее следить не за этим индикатором, а за инфляцией, безработицей, валютным курсом, притоком и оттоком денег из экономики. Важнее то, что происходит с отдельно взятым человеком:его зарплатой, занятостью и так далее.Рост ВВП и деловой активности в целом это постепенное, но стабильное улучшение благосостояния. В развивающихся странах Китае, Бразилии, Индии рост даже на 34% в год означает, что люди постепенно становятся богаче. Поэтому показатель ВВП волнует всех именно с точки зрения благосостояния конечного человека.Для меня рецессия существенное замедление деловой активности. Этим определением пользуются и в Национальном бюро экономических исследований США. Если технически сравнить 2020 и 2019 годы, то мы увидим, что деловая активность, конечно, замедлилась. Малый и средний бизнес в России и мире не может продавать свои товары и услуги, безработица в разных странах начала нарастать уже в апреле и мае.
Доходы населения в кризис Почему безработица важный фактор для определения экономического кризиса?Она затрагивает многих людей. Они теряют работу, перестают получать зарплату и в целом ряде стран садятся на очень низкие социальные пособия. Это сильно ударяет по их бюджету. Кризисы могут по-разному отразиться на разных возрастных и демографических группах. Поэтому люди начинают волноваться из-за происходящего с остальными: они догадываются, что это может затронуть и их. Насколько осмысленно в 2020 году размышлять в логике работающие безработные? Часть стран столкнулась с проблемой: непонятно, как вообще определить, работает человек или нет. С происходящим в сером секторе истории везде разные. Но в основном в развитых странах, которые оказывают поддержку населению, все-таки серая часть экономики небольшая. А когда компании зарегистрированы, платят налоги и сдают отчетность, им легко показать, что происходит с сотрудниками, кого они отправили в неоплачиваемые отпуска, кого уволили и так далее. Поэтому если вдруг человек ушел на фриланс, его уволили, он пытается найти что-то еще, то это его личная проблема. Но в кризис его надо поддержать: только что у него была белая зарплата с выплатами в пенсионный фонд и уплатой налогов, а теперь ее нет. Именно поэтому в развитых странах, способных себе это позволить, помогают вообще всем. Когда вы платите налоги, вы фактически даете государству возможность брать с вас много денег, но выступать в роли кредитора последней инстанции, если это будет необходимо. И такой честный общественный договор выполняется во многих развитых странах.В то время как развивающиеся страны настолько сейчас ограничены, что люди просто крутятся как могут. Здесь уже не до того, чтобы пытаться понять, безработный ты или ушел в неформальный сектор. Здесь просто надо обратиться в службу занятости и смотреть, дадут тебе хоть какую-то выплату или нет.
Может, пришло время просто наконец ввести безусловный базовый доход, идея которого ходит уже не первый год, чтобы тем самым обеспечить спрос, который поддержит бизнес? Это очень сложная история. В российских реалиях расходная часть федерального бюджета порядка 20 триллионов рублей. У нас около 150 миллионов человек. Если поделить эти цифры, получится около 133 тысяч рублей в год на человека. Это ни о чем, потому что в реальности у нас минимальный размер оплаты труда 12 130 рублей. Если эту сумму умножить на 12 месяцев, уже получится больше. Поэтому российские реалии несильно отличаются от реалий других развивающихся стран. Все мы примерно одинаково богаты по деловой активности на душу населения и просто технически не можем позволить себе разумные базовые доходы.В развитых странах с этим проще. Они берут существенные налоги и могут их получше перераспределять. Но это вызывает дискуссии о том, что базовый доход это некапиталистично и, так сказать, непедагогично. Если вы просто так дадите человеку существенные доходы, большой вопрос будет ли он работать?Впрочем, краткосрочные эксперименты, проводившиеся в Финляндии, Канаде и ряде других стран, показали довольно забавные результаты. Базовый доход не влияет на занятость, на желание учиться или, скажем, предпринимательскую активность людей. Но они чувствуют себя увереннее, испытывают меньше стресса, и у них улучшается здоровье. К сожалению, развивающиеся страны просто пока не могут такое себе позволить. Так ли связан спрос с отсутствием денег на счетах? Сегодня хорошо развиты кредитные инструменты. Можно, в конце концов, занять денег, понимая, что кризис временный. Возникает ощущение, что падение спроса связано скореес тем, что люди не уверены в будущем и это ощущение чуть ли не конца света подталкивает их к тому, чтобы искать помощи у государства. Сегодня кредитные инструменты действительно гораздо более доступны, чем раньше. Но представьте, что вы банк в не очень богатой, развивающейся стране например, России, Китае, Бразилии, Индии, Турции или Мексике. И вы знаете, что еще как минимум полгода продлятся ограничения. Понятно, что многие люди будут скореетерять работу, а не находить новую и высокооплачиваемую. Как вы будете поступать? Вы скажете, что риски у данного заемщика, несмотря на точто он был очень хорош в прошлом, неожиданно выросли. И станете резать кредитные лимиты по той же кредитной карте или по потребительским кредитам своему клиенту, несмотря на всю любовь к нему. Потому что при таких рисках приходится резервировать дополнительные средства.Кроме того, надо понимать, что последние десять лет после кризиса 20082009 годов получились для мировой экономики достаточно хорошими, но это сопряжено с тем, что развивающиеся страны увеличивают свои долги. Когда кажется, что кризис пройдени будущее выглядит относительно хорошо, то вы как компания готовы занимать больше. Основное накопление долга сейчас сосредоточено в Китае, который в последние десять лет бурно рос в основном именно за счет кредитных средств. В большинстве развивающихся стран долг также рос. По этой причине если сейчас, во время кризиса, полагаться на кредитные средства, то их просто невозможно будет получить.Прогнозы Из социальных наук экономика наиболее математизированная, но имеет дело с человеком материей, которая не всегда поддается точным предсказаниям. От экономистов часто ждут прогнозов, но насколько вообще экономическая теория способна предсказывать будущее? Прогнозирование наиболее успешно, когда речь идет о микроуровне отдельных людях, компаниях. При наличии тысяч или иногда миллионов наблюдений довольно легко построить приличную модель, сделать неплохие предсказания и рассматривать разные стандартные методы работы с этими данными, в том числе через машинное обучение и регрессии обычного вида. На макроуровне противоположная картина. У нас мало наблюдений, чтобы предсказать рост экономики в отдельно взятой стране. Поэтому если вы сталкиваетесь с человеком, который уверенно говорит, что знает, как будет, то он шарлатан. Стоит ли в ближайшее время ожидать в России дефолт на фоне кризиса? Что это вообще такое? Дефолт это отказ государства платить по своим обязательствам. В этой ситуации обычно государство или частный заемщик передоговаривается с кредиторами, чтобы снизить нагрузку, реструктурируя долг. Но я не жду дефолтов по российским гособлигациям. Причина простая: у нас низкий госдолг, меньше 15%, и огромные резервы как Минфина, так и Центрального банка. Мы сами печатаем свои рубли, и поэтому по рублевым гособлигациям с нынешними ставками менее 7% вообще не на что рассчитывать.Поэтому возможность не отдать долг может возникнуть, только если рептилоиды приедут и сообщат, что это они запустили коронавирус. В этой ситуации нам действительно придется думать, что же делать. А с точки зрения нормального развития событий любого, хоть рискованного, хоть базового нет никакой возможности, чтобы российское государство объявило дефолт. В самом крайнем случае Центральный банк выкупит себе на баланс эти рублевые облигации.Благоприятные последствия кризиса: польза удаленки Как кризис повлияет на нашу повседневную жизнь? Я верю, что многие бизнесы поймут, насколько гибкость улучшает качество работы их команды. В одной крупной итальянской компании проводилось исследование на эту тему4. Выяснилось, что у людей, работающих на удаленке, все показатели в среднем улучшались, в том числе производительность труда. Они чувствовали меньше стресса, больше занимались домашними делами и меньше портили отношения с окружающими. Как результат, они гораздо меньше уходили в отпуска по болезни, оплачиваемые и неоплачиваемые. Поэтому я уверен, что в постпандемический мир мы перенесем хотя бы часть нашей удаленной работы.
С другой стороны, социальные активности, которые малый и средний бизнес так активно развивал в России, от кинотеатров до фитнеса тоже важны. Надеюсь, мы найдем вариант взаимодействия, при котором и развивались бы социальные активности, и мы больше времени проводили бы дома.Дополнительные материалы:1.Unemployment rate / World Economic Outlook. April 20202. James Morley. The Shape of Things to Come / Macro Focus. April 20093.World Economic Outlook Update / International Monetary Fund. June 20204. Chris Williamson. Global Manufacturing PMI at 11-year low in April as only China reports growth / IHS Markit. May 20205. M. Angelici, P. Profeta. Smart-working: Work flexibility without constraints / VoxEU. March 2020 Подробнее..

Биология Аристотеля

15.07.2020 20:03:39 | Автор: admin
Много лет назад я был в Афинах и заглянул там в один старый, очень красивый букинистический магазинчик: я прилетел в Грецию отдыхать, на улице была жара и толпы туристов, так что было решено заглянуть внутрь. Пользы от этого получил немного: почти все книги были на греческом, но я нашел несколько томов на английском, и среди них оказалось собрание сочинений Аристотеля, изданное в начале XX века Оксфордским университетом. Сначала оно не особо меня заинтересовало: я биолог, а не философ и об Аристотеле имел тогда весьма смутное представление. Но мой взгляд зацепился за название одной из книг Historia Animlium (История животных), а я зоолог, так что подумал: О, как мило, тут про животных. Открыв ее и начав читать, я был поражен: там была приведена анатомия улиток, и все их органы пищеварительные железы, пищевод и так далее были описаны Аристотелем во всех подробностях и ровно так, как этому учили меня, когда я был студентом. Я понятия не имел, что Аристотель все это знал. Он как будто говорил со мной две с половиной тысячи лет спустя.Переводчик этой книги, известный зоолог Дарси Томпсон, писал: Можно доказать, что Аристотель работал над своими трудами по биологии в среднем возрасте и что его любимым местом для исследований была тихая лагуна в Пирре. Лагуна эта находится на острове Лесбос, на востоке от Эгейского моря. Тем же вечером я сел на паром, отправился на остров и провел там две недели, изучая животных Аристотеля на берегах этой лагуны, где была создана биология. С тех пор Аристотель прочно вошел в мою жизнь: я написал о нем книгу и снял телесериал все о том, как он открыл биологию и чем занимался.Итак, Аристотелю в то время примерно 37 лет. Это приблизительно 345 год до нашей эры: он покинул академию Платона, переплыл Эгейское море и только что женился. Мы полагаем, что его жена была юной, поскольку в одной из своих работ он пишет: Для мужчины лучший возраст вступления в брак тридцать семь лет. А мы знаем, что ему тогда было тридцать семь. Дальше он пишет: Для женщины лучший возраст вступления в брак восемнадцать лет, так что, полагаю, его жене было восемнадцать. Итак, Аристотель направляется на Лесбос, скорее всего к этой лагуне, и впервые в истории начинает задаваться вопросами о биологическом мире. Он берет улитку, разрезает ее и смотрит, что внутри, разумеется, люди и до этого раскрывали улиток, но в гастрономических целях. Он начинает аккумулировать всевозможные биологические данные от охотников, рыбаков, фермеров от всех, кто может хоть что-то ему рассказать, а затем все систематизирует и излагает в книге.Но он пишет не только о животных: за всю свою жизнь он написал восемь или девять книг, составляющих вместе полное изложение биологии как науки. Historia Animlium, которая попалась мне на глаза в букинистическом магазине, только первая, и это не Естественная история, не энциклопедия наивных рассказов, которую написал римский автор Плиний. Труд Аристотеля это база данных; способ выстроить информацию, упорядочить ее, чтобы ее можно было использовать, а также увидеть в ней закономерности, которые затем станут объектом исследования других его трудов. Например, у него есть трактат О частях животных, где он описывает взаимосвязи между частями животных и почему они именно такие: почему у птиц именно такие клювы и почему у птиц с длинным клювом длинные ноги (потому что им нужно ходить в воде и клювом искать пищу), почему у других птиц есть когти и крючковатые клювы, как у ястреба или орла, и так далее. Он все это подробно описывает. Хотя на первый взгляд кажется, что это очень похоже на труды Дарвина, на самом деле это не так.Он пишет еще одну книгу Одвижении животных: при помощи своей физики он объясняет, как они ходят. У него есть труд о том, что сегодня мы бы назвали биохимией живых существ: как в них поддерживается жизнь, как в них горит внутренний огонь и это чисто физиологическое описание. По сути Аристотель сам себе биологический факультет. Кроме того, до нас дошла его лучшая книга под названием О возникновении животных. В ней он впервые открывает куриное яйцо и изучает цыпленка с уже бьющимся сердечком, лежащего там на подушке из альбумина. Аристотель описывает, как зародыш изменяется со временем и превращается в цыпленка, начинает существовать, как он это называет.Это потрясающее достижение, хотя, возможно, его трудно оценить по достоинству. Аристотель ошибся в стольких деталях: его физика была неверна, а химия основана на четырех элементах, так что его теория о том, как животные передвигаются, не имеет смысла: если механика неверна, а вся химия сводится к четырем элементам, то и описание физиологии не может быть точным. Но тем не менее это настолько гениально и познавательно! Можно отследить, как идеи Аристотеля сформировали всю биологию как науку, даже если мы сами этого не осознаем. Его мысль как подземная река, которая время от времени выходит на поверхность: она влияет на нас, даже если мы этого не понимаем. Он задал саму структуру нашего мышления.Одна из моих любимых и самых важных идей Аристотеля это, например, его идея о душе (). Не он первый начал писать о ней о душе также говорил и Платон. Гомер использовал слово , и, разумеется, мы используем его до сих пор. Но душа у Аристотеля это не душа в нашем понимании, не иудео-христианская душа: не стоит понимать ее как некоторую мистическую сущность, связанную с нашими религиозными верованиями. Аристотель пишет очень четко: душа животного это принцип, который поддерживает в нем жизнь, а когда животное умирает, его душа умирает вместе с ним. Можно сформулировать иначе, еще лучше: когда душа распадается, животное умирает. Что же такое душа? Я думаю, это то, что мы бы сейчас назвали взаимодействием различных элементов, отвечающих за само возникновение жизни, система, которая поддерживает в существах жизнь. Вот почему я бы сказал, что Аристотель первый системный биолог.Но он дал нам нечто намного более важное и глубокое. Его мысль проста, но именно из-за нее ни один биолог не сможет не полюбить его. В начале книги О частях животных есть один отрывок, но, чтобы понять его, нужно вспомнить, что Аристотель, кроме всего прочего, был еще и учителем. Позднее он откроет в Афинах школу и там будет читать прекрасный курс естественной истории. Его записи, которые до нас дошли, это по сути его лекционные заметки. Представьте себе, что он только что прочитал лекцию об анатомии некоторых морских животных а его студенты должны быть кем-то вроде афинской золотой молодежи, избалованной и немного изнеженной. Он принес с рыбного рынка несколько каракатиц и рыб, и они лежат там на солнце и постепенно начинают портиться, и Аристотель говорит: Идите сюда, возьмите одну из рыбин, разрежьте и посмотрите на нее. Сделайте то, что сделал я: посмотрите, что внутри, и опишите свои наблюдения. Они колеблются, и тогда он раздражается и произносит: Мы не должны, как дети, смущаться или чувствовать отвращение к самым незначительным существам, поскольку даже в таких животных есть порядок и гармония. В этом порядке и в различных проявлениях этого порядка есть красота. Современные ученые считают этот отрывок приглашением в биологию: Аристотель заговорил об этом первым. Подробнее..

Будущее распространения генетических данных

15.07.2020 20:03:39 | Автор: admin
Раньше определение полного генома человека требовало огромных средств. Например, на первое определение генома десятки институтов во всем мире истратили около миллиарда долларов это был Human genome project, который проводился больше десяти лет. Сначала по частям определяли фрагменты хромосом, затем их слепляли в целые хромосомы, которые наконец собрали в единый геном. К 2000 году научное сообщество, работая на единую задачу, определило полный геном человека.Полногеномное секвенированиеДесять лет назад была изобретена технология принципиально нового, высокопроизводительного секвенирования ДНК (определения последовательности нуклеотидов в молекуле, в которой записана генетическая информация), которая значительно удешевила эту процедуру: сейчас вы можете получить свой полный геном, определенный на 98,5%, за 100 тысяч рублей. При этом кодирующая часть генома составляет всего около 1,5%. Если провести аналогию с флешкой как носителем информации, то, допустим, полный геном весит 3 гигабайта, из которых файлами занято 1,5%, то есть приблизительно 46 мегабайт.Это очень странная ситуация, когда носитель практически не содержит информации. Отдельный вопрос: а что находится в частях генома? Мы знаем, что в основном это очень странные повторяющиеся элементы, представляющие собой вирусы, которые когда-то проникли в нашу ДНК, закрепились в ней, поломались и таким образом эволюционно накапливались, постепенно увеличивая размер нашего генома.Поскольку кодирующая информация это только 1,5%, ее и нужно определять. Существует методика, как определить не весь геном, а только кодирующую часть, так называемый экзом совокупность всех кодирующих участков в геноме (экзонов). Подобный анализ стоит около 30 тысяч рублей, то есть это уже не миллиард долларов. Таков путь, который технологии прошли за 20 лет развития методов секвенирования ДНК.Прогнозирование предрасположенности к заболеваниямНекоторые страны, зная невысокую стоимость определения генетики, предложили своим гражданам бесплатное секвенирование кодирующей части, с тем чтобы накопить информацию о сочетании генетики и заболеваний. Если мы работаем на большом количестве людей и всю информацию привязываем к медицинской карте, то можно выявить взаимосвязь между каким-то вариантом гена и развитием определенного заболевания. Но для этого нужны большие выборки сотни тысяч, миллионы человек. В Китае, например, был запущен проект, в который взяли 100 миллионов китайских геномов.В перспективе это приведет к тому, что большинство людей из развитых стран будут иметь в медицинской карте свой геном. Более того, сегодня крупные американские корпорации, такие как Google или Facebook, могут даже за свой счет определить генетику всех жителей США их там всего лишь 320 миллионов. Но это может быть сделано, допустим, с привязкой к аккаунту в Facebook, то есть на странице появляется какая-то галочка, которая показывает, что этот пользователь к своему аккаунту пришил свою геномную информацию. А дальше социальная сеть может работать как гигантский анализатор больших данных и сравнивать генетики людей: находить какие-то родственные связи, предсказывать риск рождения больного ребенка для той или иной пары и так далее.Цукерберг, кстати, пару лет назад объявил о том, что в рамках Facebook запускается сеть знакомств. И вполне возможно, что для нее очень актуальной была бы генетическая информация пользователей: тогда алгоритм мог бы сразу говорить, что у такой-то пары высокий риск рождения больного ребенка, или просто не показывать в выдаче тех людей, генетика которых плохо коррелирует с генетикой запрашивающего.Таким образом, в перспективе работа такой системы могла бы привести к существенному снижению риска рождения детей как с предрасположенностями, которые мы заранее сможем прогнозировать через сочетание аллелей у данной пары родителей, так и с моногенными заболеваниями. Конечно, всегда есть риск возникновения мутации de novo не передаваемой по наследству, а появляющейся в момент генерации гаметы или в процессе развития эмбриона. Но большинство генетических нарушений, которые мы имеем в популяции, это все-таки наследственные мутации, передаваемые от родителя к ребенку.Защита генетической информацииРазвитие тотального секвенирования и определение генетической информации каждого человека, которая будет отображена в медицинской карте, приведет к тому, что рано или поздно, как бы мы ни защищали эти данные, они утекут в сеть. В этом, на мой взгляд, нет ничего страшного, потому что мы уже часть наших персональных данных вынуждены демонстрировать, например лицо сегодня камеры по FaceID наблюдают за каждым человеком и точно знают, откуда и куда он шел.Но даже если эти данные окажутся в сети, сложно представить, как можно кого-то шантажировать ими и что-то продавать, поскольку даже с фармацевтической точки зрения геномные данные неточный показатель. Нельзя, глядя на геном, сказать, чем человек в данный момент болен. Если у него грипп, который плохо связан с генетикой, ему нужны определенные препараты, например сбивающие температуру. И я с трудом представляю себе такой product placement, который бы базировался на знании геномной информации о человеке.Есть риск, который неоднократно упоминался уже давно в связи с созданием регистров доноров костного мозга, благодаря которым мы знаем генетику тканевой совместимости конкретного человека с другими людьми. Но если процедура взятия костного мозга почти не наносит ущерба здоровью самого донора, зато дает жизнь реципиенту как правило, это больные раком крови, то донорство любого другого органа, без которого человек жить не может, например сердца, невозможно. Получается, что с появлением регистров, где собрана генетическая информация о каждом, возникает риск, что человека поймают и смогут изъять у него жизненно важный орган, который подходит тому, кто хочет за этот орган заплатить. Но это рассуждение, на мой взгляд, надуманное. Подробнее..

Память в XXI веке

16.07.2020 10:04:34 | Автор: admin
Классические законы памяти были открыты тогда, когда у нас не было интернета, поисковых систем и цифровых помощников, готовых что угодно запомнить и напомнить. Изменилось ли то, как мы запоминаем и вспоминаем? Правда ли, что современные люди digital natives без интернета не вспомнят даже собственное имя? И зачем современные исследователи воспроизводят эксперименты столетней давности? Разбираемся вместе с психологом Вероникой Нурковой.Психология, как и любая другая наука, стремится открывать законы: если закономерность установлена, можно прогнозировать, как будут развиваться события, и делать обоснованные научные утверждения.Когда выявляется физическая закономерность, логично надеяться, что она при условии, что это действительно какой-то универсальный принцип, будет действовать всегда. Но можно ли считать, что человек так же неизменен, как объекты и явления физического мира? Работает ли для наших современников то, что было открыто в XIX веке для людей, живущих в патриархальных семьях, без телефонов и самолетов?Это дискуссионный вопрос. Приверженцы классической эволюционной психологии (к их числу можно отнести экспериментальных психологов Леду Космидес, Джона Туби и Стивена Пинкера) полагают, что психика человека, какая она есть сейчас, сложилась еще в каменном веке. Все остальное дополнения, как меняющиеся от столетия к столетию веяния моды. Другие специалисты например, сторонники бихевиоризма, которые видят в развитии психики прежде всего реакцию на внешние стимулы, предполагают, что психика изменяется с течением времени. На нее влияют новые условия развития и роста, новые информационно-технологические средства,и те законы, что были открыты десятилетия назад, возможно, уже не действуют.Поэтому в последнее время ученые занимаются перепроверкой или репликацией полученных ранее закономерностей. Результаты получаются противоречивыми: что-то подтверждается, а что-то нет, хоть такие случаи и редки.Результаты перепроверки законов памяти показывают, что современный человек изменяется, хотя и не так быстро и кардинально, как считают приверженцы модификации человеческой психики.Сами законы памяти сформулировал немецкий психолог-экспериментатор Герман Эббингауз в книге О памяти, опубликованной в 1885 году. Это сборник советов и практик по запоминанию, основанных на психологических штудиях. Всего законов пять: закон динамики забывания (скорость забывания замедляется), позиционный эффект (лучше всего воспроизводится начало последовательности, затем конец последовательности, а хуже всего элементы, которые смещены от центра к концу ряда), закон распределения повторений (повторение с большими интервалами в течение большего времени эффективнее, чем несколько повторений подряд), закон дистинктивности (необычные явления запоминаются лучше, чем привычные).
Закон динамики забыванияЭто один из основных законов памяти. Он принципиален для всех сфер общественной жизни,в первую очередь для образования: всем нам важно понимать, стоит ли учить то, что, возможно, пригодится не скоро, и как это правильно делать.Чтобы понять, как происходит забывание, Эббингауз заучивал слоги (для чистоты эксперимента было важно, чтобы это был какой-то нейтральный для него материал), а через определенные временные интервалы пытался их вспомнить. Он заметил, что забывание замедляется: за второй интервал длительностью 40 минут было потеряно меньше информации, чем за первые 20 минут, иеще меньше за следующие 8 часов. Далее интервалы все увеличивались, вплоть до месяца.Динамику забывания иллюстрирует кривая забывания. На графике линия резко идет вниз это значит, что забывать информацию мы начинаем сразу после того, как ее получаем. Но потом забывание замедляется из-за того, что доступность материала стабилизируется. В самом конце график забывания параллелен оси абсцисс.
После Эббингауза памятью занимались его ученики Георг Элиас Мюллер и Альфонс Пильцекер, которые подтвердили результаты его экспериментов, а также исследовали запоминание осмысленного материала, то есть такое, при котором заучивать нужно было не бессмысленные слоги, а последовательность понятий. А в 2015 году нидерландский ученый Юри Дроз впервые с 1885 года воспроизвелоригинальный эксперимент Эббингауза. Так жекак и Эббингауз, он заучивал огромное количество последовательностей бессмысленных слогов. Но у Эббингауза при тестировании через шестьсуток и через месяц снижения воспроизведения практически не наблюдалось, то есть забывание останавливалось. А вот Дроз на шестые сутки и ранеепоказывал результаты, идентичные Эббингаузу, а через месяц ничего воспроизвести уже не мог. Однако открытым остается вопрос о том, насколько эти результаты можно распространить на всех современных молодых людей и годится ли закономерность забывания бессмысленного материала для забывания осмысленного?Помнить не что, а гдеСпроси сегодня любого о том, как обстоят дела с памятью поколения digital natives, большинство ответят, что гораздо хуже, чем у их родителей или бабушек и дедушек. Но, скорее всего, это миф.Его появление логично: все началось с дискуссий о последствии массового внедрения интернета, в том числе мобильного. Оптимисты предполагали, что, передав автоматизированным системам примитивные операции, мы освободим в уме место для того, чтобы решать сложные задачи. Противники такого подхода считали, что человек, наоборот, расслабится и разучится решать простейшие. Можно привести две метафоры. С одной стороны, если ты передал тяжелую работу машине, сам можешь творить. А с другой твои мышцы атрофируются.Массовые исследования этой темы должны были начаться еще в конце прошлого века, но появились только сейчас. В 2011 году вышла статья Вегнера, которая произвела большой шум. Он провел довольно простой эксперимент: испытуемые зачитывали тексты, содержащие некоторые новые для них сведения (например, мозг страуса меньше его глаза), потом сохраняли эти тексты в папкина компьютере. Через некоторое время их спрашивали,что они прочли, допустим, о мозге страуса. При этом проверялось как фактическое знание, так и знание о том, в какой файловой папке сохранен этот материал.Оказалось, что если люди понимают, что у них есть возможность взять какие-то сведенияиз соответствующей папки, то им важнее запомнить обозначение папки, а не точную информацию, которая там лежит. Первый вывод этой экспериментальной публикации состоял в том, что студенты представители цифрового поколения, которые родились вместе с планшетом и все время имеют доступ к тому, что им нужно находить в сети, вообще все помнят плохо. Второй вывод состоял в том, что хоть они и не помнят сам материал, зато знают, где его искать. Так, если нам нужна цитата из книги, мы вспоминаем не саму эту цитату, а где лежит книга. Помнить где оказалось важнее, чем помнить что.Сначала все обвинили новые технологии в интеллектуальном регрессе молодежи. А потом вспомнили, что в свое время таким же регрессом казались книги. Еще во времена Античности философы очень сокрушались по поводу распространения грамоты: если все станут грамотными, то начнут все забывать, ведь появится возможность записывать. Как мы видим сейчас, этот пессимистичный настрой вовсе не оправдался.Исследование Вегнера также стали пытаться воспроизводить заново,изменяяусловия. Как оказалось, эксперименты этой группы, опубликованные в Science, не воспроизводятся.Тревожность и мнемический этикетЧто действительно изменилось в свойствах памяти цифрового поколения, так это уровень тревоги относительно своей памяти. Современный человек даже хорошо известный факт все равно перепроверит в интернете.Эксперименты хорошо демонстрируют это явление. Представьте испытуемых, которым задают сложные вопросы и либо дают, либо не дают возможность проверить правильность ответа, а затем задают простые вопросы. Те, кому изначально не давали проверять ответы на сложные вопросы, спокойно отвечают на простые. Те, у кого была возможность проверить ответы на сложные вопросы, начинают волноваться из-за простых и тянутся проверить, точно ли дважды два четыре.Все это происходит на фоне повышенных требований к памяти. Современный мнемический этикет таков, что оперировать лучше точными данными. Еще недавно было нормальным перепутать имена или сослаться на общеизвестный факт вроде: Кто-то из великих сказал, что, а сегодня это неприемлемо. Такие высокие требования провоцируют постоянную самопроверку, которая происходит не только после того, как человек что-то вспомнил, но и упреждающе.Появляется мысль: Я не буду вспоминать, потому что я все равно не вспомню. Лучше сразу посмотреть.Память как инструмент для решения задачМы все время решаем какие-то задачи, и именно они определяют то, что удается запомнить и вспомнить.Скажем, вы куда-то летите на неделю, и вам необходимо запомнить номер рейса туда и номер рейса обратно. Если в середине недели вас попросить воспроизвести эти номера, то вы будете помнить номер предстоящего рейса, но не уже завершенного. Заучивали вы эту информацию в одно время и, казалось бы, одинаково. Но в процессе заучивания у вас были разные цели:запомнить до понедельника и запомнить до пятницы. Мы ставим их и прекрасно выполняем, даже не отдавая себе в этом отчет.Вспоминая закономерность, полученную Вагнером, помнить где важнее, чем точно помнить что, можно говорить, что в современной ситуации этот универсальный принцип работает шире истановится более заметен. Digital nativesпрекрасно могли бы запоминать не только где, но и что, если бы ставили себе такую задачу. Это я всегда говорю своим студентам, которые жалуются, что не могут запомнить фамилии всех психологов из изучаемого курса.Дополнительные материалыBetsy Sparrow, Jenny Liu, Daniel M. Wegner. Google Effects on Memory: Cognitive Consequences of Having Information at Our Fingertips. Science 05 Aug 2011: Vol. 333, Issue 6043, pp. 776-778Jaap M. J. Murre, Joeri Dros. Replication and Analysis of Ebbinghaus Forgetting CurveHilde A. Lechner, Larry R. Squire, John H. Byrne. 100 Years of Consolidation Remembering Mller and Pilzecker Подробнее..

Игорь Самойленко Не всегда полезно вмешиваться в естественное течение болезни агрессивными методами

16.07.2020 10:04:34 | Автор: admin
За счет чего можно уменьшить риск появления рака в организме? Как сегодня диагностируют онкологические заболевания? Какой вид рака встречается у людей чаще всего? О диагностикеи лечении ракапродакт-менеджер ПостНауки Алина Затонская побеседовала с онкологом Игорем Самойленко. Существуют ли тесты для скрининга основных онкологических заболеваний? Нет ни одного инструмента, чтобы с уверенностью сказать: У тебя все хорошо. Когда мы делаем скрининг, мы хотим проверить наиболее часто встречающиеся злокачественные опухоли, которые влияют на продолжительность жизни. Но редкие формы рака мы не можем обнаруживать с высокой надежностью на ранних этапах. Поэтому нам всем нужно принять тот факт, что всегда есть вероятность заболеть. И чем старше человек, тем выше эта вероятность.Если вас что-то беспокоит или появилось нечто, что вы не можете себе объяснить, обязательно сходите к врачу. Он подтвердит, что это неопасно, и можно продолжать жить обычной жизнью. Или, наоборот, попросит сделать дополнительные тесты. Вот что стоит делать в качестве ранней диагностики. А как насчет профилактики? Реально действенные меры: отказ от курения и вакцинация против вируса папилломы человека. Это внесет ощутимый вклад в здоровье вашей семьи. Другой важный фактор состояние окружающей среды. Если мы сможем сохранить среду обитания в экологическом балансе, то это снизит вероятность появления злокачественныхновообразований.
Какие диагностические методы наиболее эффективны? Все профилактические и диагностические вмешательства имеют разную ценность. Одни могут влиять на продолжительность жизни: сделать так, что мы рано обнаружим болезнь и успеем ее вовремя вылечить. Другие, даже очень точные и детализированные, в конечном счете не влияют на то, сколько проживет человек.Есть болезни, которые можно выявить при помощи инструментальных и биохимических методов еще до того, как человек почувствует какие-то отклонения. Для женщин это рак молочной железы и шейки матки, для мужчин рак предстательной железы,для всех нас колоректальный рак.Но есть способы, про которые пока неясно, могут они влиять на смертностьили нет. Сейчас пересматривают роль биохимического скрининга для обнаружения рака предстательной железы. Мы можем выявить болезнь на раннем этапе, взяв анализ крови на ПСА (простатспецифические антигены).Но ряд исследований показывают: пациенты от этого не станут жить дольше. Оказалось, что не всегда полезно вмешиваться в естественное течение болезни агрессивными методами. С маммографией тоже все неоднозначно? Да. В некоторых странах ставят под вопрос роль маммографического скрининга. Нужно ли делать женщинам проверку молочных желез, если лечение стало доступнее и лучше? Стоит ли каждой здоровой женщине делать маммографию раз в два года? Или можно дождаться, пока она сама обнаружит новообразование в молочной железе и обратится к врачу, потому что шансы вылечить болезнь и в томи в другом случае постепенно выравниваются?
А маммография может стать триггером для рака молочной железы? Маммография выполняется при помощи рентгена, а это ионизирующее излучение. Поэтому теоретически оно может вызывать повреждения ДНК и возникновение злокачественных опухолей. Ранние исследования показывали: у женщин, которые проходят маммографию, случаи выявления злокачественных опухолей чаще, чем у тех, кто не проходит. Но это объяснялось не столько вредным воздействием, сколько тем, что мы просто находим дополнительные случаи, которые могут не привести к смерти пациентки. Поэтому пока нет подтверждения тому, что маммография повышает риск развития злокачественных опухолей. Во всяком случае, риск ниже, чем ожидаемая польза, а доза радиации, получаемаяженщиной при маммографии, сопоставима с трансатлантическим перелетом. Но так не со всеми видами рака? Да, с другими все наоборот. Для рака шейки матки или колоректального роль ранней диагностики катастрофически велика. Сейчас есть возможность выявить предопухолевые состояния, которые через несколько лет могут стать злокачественными новообразованиями. И если на первом этапе мы их вылечим, то предотвратим случаи развития рака, а значит, и преждевременной смерти человека. Для диагностики рака шейки матки нужно раз в год приходить на прием к гинекологу, а для обнаружения рака толстой и прямой кишки сдавать анализ кала на скрытую кровь и делать колоноскопию. УЗИ желудочно-кишечного трактаможет выявить онкологические процессы на ранних этапах? Можем ли мы найти опухоль желудочно-кишечного тракта на ощупь? Да. Может ли она при этом быть на ранней стадии? Теоретически да. Но ультразвук органов брюшной полости это все-таки не тот способ, который требуется для ранней диагностики опухоли ЖКТ. Желудочно-кишечный тракт это несколько органов. Если мы говорим про опухоли толстой и прямой кишки (колоректальный рак), то бесполезно делать УЗИ брюшной полости. Начиная с определенного возраста нужно сдавать анализ кала на скрытую кровь иделать колоноскопию, если результат положительный. Мы рекомендуем лицам старше 50 лет приходить на колоноскопию раз в 10 лет. Обследование поможет выявить полипы. В зависимости от их количества и типа врач предложит пациенту индивидуальный интервал прохождения колоноскопии. Но если их нет, то за ближайшие 10 лет опухоль, скорее всего, не вырастет.Лечение рака Как раковая клетка обманывает иммунную систему? Иммунная система это не средство индивидуальной защиты особи, а средство защиты популяции. За миллионы лет существования мы выработали определенный паттерн реагирования на основные угрозы, с которыми встречается вид, иэтот паттерн сложился в те или иные структуры лимфатической системы. Но чтобы закрепиться в популяции, признак должен быть унаследован. Когда случаи заболевания встречаются в детородном возрасте, есть шанс, что особи с плохой реакцией иммунной системы не передадут свои признаки в следующее поколение. Но злокачественные новообразования это элемент старения клеток организма, когда уже нет шансов на то, чтобы что-то могло закрепить удачный паттерн реагирования на рак в популяции.Факторы канцерогенеза действуют постоянно. Они бывают эндогенными и экзогенными: обусловленные внутренними причинами или внешним воздействием на организм, напримерв форме вируса. Как правило, канцерогенез занимает много времени. Опухолевые клетки, которые были распознаны иммунной системой, уничтожаются. Но эволюция внутри особи тоже идет, и отбираются те клоны, которые по какой-то причине могут быть незаметными для иммунной системы.В 2018 году Нобелевскую премию по медицине получили два ученых из Соединенных Штатов Америки и Японии ДжеймсЭллисони ТасукуХондзё. Они объяснили механизмы взаимодействия опухолей и иммунной системы. И эти механизмы оказались доступными для воздействия лекарств. Если мы возьмем топ-5 злокачественных новообразований, то увидим, что этот механизм универсален: он встречается при злокачественных опухолях легкого, кожи, желудочно-кишечного тракта. Но частота его использования опухолью в том или ином случае отличается.
Если вы берете опухоли кожи, меланому кожи, плоскоклеточный рак кожи заболевания, которые не очень часто встречаются, то примерно в 40% случаевответ организма на такую терапию будет успешным. Если возьмете опухоли легкого, то реакция будет чуть хуже. Если возьмете опухоли желудочно-кишечного тракта, процент положительного ответа на терапию будет еще ниже. По всей видимости, в остальных случаях мы обнаружим другие механизмы.Так появилась концепция, которую развивают несколько учреждений, в том числе в нашей стране. Благодаря этим эволюционным механизмам внутри особи, благодаря тому, что репертуар иммунных Т-клеточных рецепторов(молекул, способных распознавать зараженные и опухолевые клетки) конечен, отбираются клоны, не способные распознавать какой-то спектр антигенов. И это довольно печальная история, потому что если мы не имеем репертуара, то у нас нет шанса задействовать иммунную систему. Почему еще может подавляться иммунная реакция? Опухоль может экспрессировать какие-то факторы, которые подавляют иммунную реакцию. Лимфоциты инактивируются, несмотря на точто могут распознать болезнь. Или второй сценарий: опухоль не имеет на своей поверхности частиц, которые могут быть распознаны организмом. Это две основные версии. Но есть и другие: в опухоли могут быть особые генетические изменения, которые не позволяют лимфоцитам использовать традиционные механизмы для ее уничтожения. Это один из способов, когда не работают текущие иммуноонкологические подходы, потому что в опухоли внутриклеточный сигнальный путь, который должен быть задействован при взаимодействии с лимфоцитом, выключен и не работает. При иммунотерапии сколько времени требуется организму, чтобы научиться правильно распознавать раковые клетки? Следует сделать ремарку, что иммунотерапия собирательное название. Мы можем разделить ее на два класса. Либо вы переносите эффекторные клетки1, и они начинают работать сразу, как только вы их перенесли, это адаптивная иммунотерапия (от слова adoptive прием). Либо вы можете пытаться влиять на обучение лимфоцитов. Многие десятилетия существовала вера в противоопухолевую вакцинацию. Этим занимались очень широко во всем мире,в нашем институте тоже.Интерес к противоопухолевой вакцинации сегодня снова растет. Речь об опухолевых антигенах, которые вы получаете из пациента или естественным путем, когда берется фрагмент опухоли и каким-то образом выделяется антиген. Затем в специальных условиях, либо в присутствии дендритных клеток2, либо в присутствии смеси дендритных клеток с лимфоцитами, вводите антиген обратно в того же самого пациента с расчетом на то, что нагруженные иммунные клетки конкретного человекасталираспознавать опухоль. Этот процесс похож на вакцинацию против гриппа или инфекционных заболеваний. Это то, что называется активной иммунизацией. Какие еще способы существуют? Второй путь это блокада контрольных точек иммунитета, попытка воздействовать на рецепторы иммунных клеток, которые направляют иммунную реакцию. Лимфоцитв зависимости от того, какие рецепторы на нем активированы, может стать более агрессивнымлибо успокоиться. И если мы блокируем рецепторы спокойствия, то он начинает возбуждаться и реагировать на все. Какие могут быть побочные эффекты? Будить иммунную систему небезопасно, потому что тормозные механизмы, которые были эволюционно отобраны, защищают наши органы от агрессии собственной иммунной системы. И если мы вдруг начинаем их устранять, то открываем ящик Пандоры. Мы хотим добиться того, чтобы иммунная система реагировала только на опухолевые антигены. Но у нас нет механизма, чтобы закрыть ей глаза на все остальное и указать только на опухоль. Может возникнуть иммуноопосредованная реакция, тогда лимфоциты начнут атаковать собственные органы: кожу, кишечник, железы внутренней секреции, печень, легкие. Когда такое происходит, пациенту требуется интенсивное и агрессивное, теперь уже иммуносупрессивное лечение.Таким образом,мы хотели растормозить иммунную систему, но, когда получилось, хотим, чтобы человек от этого не умер. Но такие нежелательные реакции имеют позитивную корреляцию с противоопухолевым ответом это косвенный маркер, что лечение сработало. Как быстро развивается область лечения рака? Только на моей памяти появилось несколько новых классов лекарственных препаратов. Когда я приходил в медицинский институт, мы знали только про цитостатическую химиотерапию.В процессе обучения появились первые лекарства, которые стали действовать на мутантные белки прицельно. Одним из первых таких препаратов стал Иматиниб. Он применялся для лечения хронического миелолейкоза, где есть специфическая хромосомная мутация. И этот мутантный белок был очень важен для опухолевых клеток. Поэтому если его заблокировать, то лейкозные клетки погибают. С тех пор подход с блокировкой важного для опухоли процесса привел к развитию таргетных препаратов, которые применяются для разных злокачественных новообразований.Параллельно развивалась история с моноклональными антителами. Одним из первых был препарат для лечения B-клеточных лимфом препарат Ритуксимабна основе химерных антител, которые связывались с мишенью на опухолевых клетках и, благодаря антителозависимой цитотоксичности, запускали процесс некроза внутри клеток и разрушали их. С тех пор появилось уже три поколения такого рода лекарств.Сегодня мы имеем большое количество новых классов лекарственных препаратов и новых мишеней для них. Развивается иммунологическая терапия, когда мы можем встраивать новые рецепторы в лимфоциты. Был найден противоопухолевый, онколитический вирус. В западном мире используется один, а в Китае несколько вирусов для внутриопухолевой иммунотерапии. Это отдельный класс лекарственных препаратов, которые используются для лечения. Все это представляет динамично развивающуюсяобласть.Поэтому дизайн противоопухолевых лекарств и разработка способов лечения злокачественных новообразований перспективное направлениедеятельности, где есть возможность придумать нечто новое и технологичное. Сегодня мы имеем неплохие представления о механизмах канцерогенеза. Нужно лишь некоторое время, инструменты и вложения сил и средств, чтобы в значительной степени перевести проблему рака в разряд хронических заболеваний, которые, может, и досаждают человеку, но не делают его смертельно больным.Дополнительные материалыВакцинация против ВПЧ для предотвращения рака и предраковых изменений шейки матки, CochraneСкрининг на предмет рака простаты, CochraneBreast-Cancer Tumor Size, Overdiagnosis, and Mammography Screening Effectiveness, H. Gilbert Welch, M.D., M.P.H., Philip C, 2016Скрининг на предмет рака молочной железы с помощью маммографии, CochraneThe Nobel Prize in Physiology or Medicine 2018 goes to James P. Allison and Tasuku Honjo for their discovery of cancer therapy by inhibition of negative immune regulationХронический миелолейкозИматиниб, FDAРитуксимаб, FDA Подробнее..

5 книг о когнитивных искажениях

16.07.2020 22:16:42 | Автор: admin
Знаете ли вы, что нам сложно принять новые факты, если они противоречат нашим устоявшимся убеждениям? Или что мы склонны узнавать себя в неопределенных и обобщенных астрологических прогнозах? Все это частные случаи когнитивных искажений. О главных книгах, посвященных когнитивным искажениям, рассказывает психолог Никита Логинов.
Принятие решений в неопределенности: Правила и предубежденияКанеман Д., Словик П., Тверски А. Генезис, 2005Основополагающая книга нобелевского лауреата по экономике Даниэля Канемана и его коллег, которую можно считать условной точкой отсчета для исследования эвристик и когнитивных искажений. Книга написана в академическом стиле и в основном фиксирует состояние исследований на момент выхода первого англоязычного издания в 1982 году. Отлично подходит тем, кто хочет разобраться, откуда и как возникла идея о существовании искажений в нашем мышлении и какие работы этому предшествовали. Но главное в этой книге набор классических эвристик и стереотипных схем мышления. Впоследствии различные авторы и популяризаторы науки расширяли этот список практически до бесконечности, что довольно сильно дезориентировало всю область исследований.
Думай медленно... решай быстроКанеман Д.АСТ, 2017Одна из наиболее известных книг Даниэля Канемана, в которой он доступно для широкой аудитории пишет об эвристиках и когнитивных искажениях с позиции собственной теории двух систем мышления. Сама теория оказала сильное влияние на последующие исследования процессов принятия решения. До сих пор идут жаркие споры о правомерности теории, степени общности и эвристическом потенциале. На данный момент теория двух систем эволюционировала в различные версии двухпроцессных теорий (dual process theory) принятия решений, которые в различной степени наследуют конкретные элементы теории Канемана. В книге довольно много неточностей и упрощений, однако для первого знакомства с областью для неподготовленного читателя она вполне подойдет.
What intelligence tests miss: The psychology of rational thoughtStanovich K. E. Yale University Press, 2009В современных исследованиях когнитивных искажений наблюдается несколько трендов, и акцент на индивидуальные различия наиболее заметный. Исследователи обратили внимание, что разные люди в различной степени склонны к когнитивным искажениям. Закономерно встает вопрос о том, как можно измерить эту склонность. Лидером этого направления исследований можно по праву считать Кейта Становича, который в своей книге подробно разбирает, как можно измерить предрасположенность к когнитивным искажениям и чем оно принципиально отличается от классических тестов интеллекта. Попутно Станович предлагает свою модификацию теории двух систем, предполагая, что под Системой 1 скрываются автономные процессы принятия решений, а под Системой 2 рефлексивные и алгоритмические, которые не стоит отождествлять.
Nudge: Improving decisions about health, wealth, and happinessThaler R. H., Sunstein C. R. Penguin, 2009Один из авторов этой книги нобелевский лауреат по экономике Роберт Талер. Он утверждает, что можно целенаправленно использовать знания о том, как люди принимают решения, и за счет этого решать относительно широкий круг общественных проблем, подталкивая людей к оптимальному для них выбору. При этом понятие подталкивание (nudge) является ключевым для всей книги и целого направления исследований. В целом подход, описанный в книге, выходит за рамки обсуждения когнитивных искажений и предполагает использование широкого спектра представлений об устройстве человеческого поведения. Однако понятие подталкивания в последнее время довольно часто упоминается как возможная стратегия совладания с когнитивными искажениями с помощью специфической организации ситуации выбора.
Cognitive illusions: Intriguing phenomena in judgement, thinking and memoryPohl R. F. (ed.). Psychology Press, 2016Современная коллективная монография по когнитивным искажениям, в которой различные авторы подводят промежуточные итоги и скрупулезно описывают, что известно об этой области на данный момент. Книга идеально подходит тем, кто хочет узнать о текущем состоянии исследований в этом направлении. При этом практически в каждой главе есть подробная инструкция, как провести демонстрацию когнитивного искажения для группы студентов или даже в кругу друзей. Есть главы, посвященные не только когнитивным искажениям в области принятия решений или вынесения суждений, но и систематическим ошибкам в области памяти. Подробнее..

Преимплантационная генетическая диагностика

19.07.2020 18:12:33 | Автор: admin
Природа комбинирует разные сочетания генетической информации, таким образом создавая разнообразие фенотипов. Но люди имеют также разную предрасположенность к тем или иным заболеваниям. Какие технологии используются для определения генетических нарушений и выявления наследственных заболеваний?Почему люди разные?Иногда мы встречаем одинаково выглядящих людей это монозиготные (однояйцевые) близнецы. Они очень похожи, и иногда даже родители с трудом их различают. Но почему монозиготные близнецы так похожи, а все люди вокруг разные? У монозиготных близнецов ДНК абсолютно одинаковая. Они развились из одной клетки за счет того, что внутри утробы матери она разделилась на два эмбриона, и каждый развивался потом независимо.У человека 23 пары хромосом, представляющих собой фрагменты ДНК, в которых записана генетическая информация о строении организма примерно в 25 тысячах различных генов, распределенных по 23 парам хромосом. Мы диплоидные организмы, с двумя наборами хромосом, один из которых достался нам от отца, а другой от матери. Природа придумала такое дублирование, чтобы в случае поломки одного из наборов можно было взять информацию из другого. Разнообразие генотипов, которое мы наблюдаем в популяции, и, следовательно, разнообразие фенотипов связано с тем, что, когда создается набор хромосом, передаваемый от родителя к ребенку, он генерируется случайным образом: у нас 23 пары хромосом, и из каждой пары в гамету произвольно сбрасывается одна хромосома. Получается 223 сочетаний хромосом примерно 8 миллионов генетически разных гамет, отличающихся целой хромосомой. И это только у одного из родителей, а следовательно, вероятность последовательного рождения одинаковых детей у конкретной пары родителей минимально возможная единица, деленная на 64 триллиона.Генетика и наследственные заболеванияСочетания генов, которые передаются ребенку, определяют строение его организма, биохимические процессы и здоровье. У всех людей разная предрасположенность к заболеваниям тех или иных органов и систем: у кого-то быстрее ломается сердечно-сосудистая система, у кого-то система функционирования головного мозга, нейронов и так далее. Кроме того, сочетания генов обусловливают моногенные и орфанные заболевания наследственные заболевания, связанные с нарушением конкретного гена и часто приводящие к гибели ребенка в довольно раннем возрасте.Сегодня, зная генетику родителей, мы можем предсказать некоторые моменты для ребенка, который у них родится. Мы можем проскринировать генетику родителей и увидеть, что в их организме сочетание нарушенных генов в хромосомах так совпало, что сами они здоровы: хотя одна из двух копий сломана, это не страшно, поскольку работает вторая копия, и организм здоров. Но если ребенку достанется по одной поломанной копии от каждого родителя, то у него нарушенными окажутся обе, и он не сможет компенсировать функцию: у него будет отсутствовать целый ген. Как следствие, разовьется моногенное заболевание. Вероятность рождения больного ребенка у таких родителей, у которых совпала мутация по конкретному гену, но сами они здоровы, 25%, и это довольно серьезно.Технологии преимплантационного скринингаВ подобных случаях рекомендуют проведение процедуры экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) с отбором эмбрионов путем генетического скрининга до их переноса в матку. Что представляет собой ЭКО? Поскольку для процедуры необходимо собрать много ооцитов обычно их созревает один-два, женщине, прежде всего, дают препарат, помогающий созреть большему числу ооцитов за одну овуляцию. Далее в ходе естественного цикла у женщины собирают ооциты, а у мужчины сперматозоиды. В ходе процедуры ЭКО проводят оплодотворение нескольких ооцитов независимо, эти эмбрионы в специализированных инкубаторах, вне организма женщины, подращивают пять дней до стадии бластоцисты это примерно 250 клеток в каждом эмбрионе. На пятый день делают биопсию 57 клеток эмбриона она не наносит ему ущерба, и эти клетки отдают на генетический анализ.Есть несколько методов генетического скрининга. Первый проведение точечной диагностики методом полимеразной цепной реакции, когда мы заранее знаем, где смотреть, какой ген нарушен, какая мутация в этом гене присутствует у родителей. Это довольно дешевый тест, который стоит 23 тысячи рублей.Второй метод микроматричный анализ, с помощью которого можно посмотреть более сложную структуру перестроек: ДНК гибридизируется на чип, на котором расположено очень много кусочков ДНК, соответствующих человеческим хромосомам, и проводится полный геномный скрининг. Микроматричный анализ делают, как правило, если возраст женщины превышает 40 лет, поскольку в этом случае риск нарушения по числу хромосом (а не просто по мутации в хромосоме) довольно высок. Одно из частых заболеваний, связанных с нарушением числа хромосом, это синдром Дауна, при котором у ребенка хромосомы 21-й пары вместо нормальных двух представлены тремя копиями это так называемая трисомия по 21-й хромосоме. С помощью гибридизации ДНК на чипе мы можем установить наличие лишней хромосомы по той или иной паре или ее отсутствие. Если заболевание тяжелое, то такой эмбрион в матку не переносится.И третий метод высокопроизводительное секвенирование (NGS next generation sequencing), когда мы можем определить либо все белок-кодирующие участки генома (экзом), либо весь геном. Обычно такой технологией для скрининга не пользуются, но экзом могут определить, и тогда появляется возможность просмотреть все последовательности генов и сказать, какое сочетание генов попало в конкретный эмбрион.Сегодня подобные технологии все чаще используются в клинической практике. Если раньше для того существовали жесткие показания например, для пациенток старше 4045 лет или когда абсолютно точно у родителей есть наследственное нарушение, которое может передаться ребенку с вероятностью 25%, то сегодня мы уже можем смотреть на конкретные гены, связанные с предрасположенностью развития онкологических заболеваний, нарушений сердечно-сосудистой системы и так далее. За подобными технологиями преимплантационного скрининга (ПГС) и преимплантационной диагностики (ПГД) будущее генетических технологий в медицине. Подробнее..

Движение планет Владимир Сурдин в Рубке ПостНауки

20.07.2020 16:08:14 | Автор: admin
Гость Рубки астрономВладимир Сурдин. Вместе с редактором ПостНауки Кристиной Черновойбудем выяснять, что науке известно о движении планет.Владимир Сурдин кандидат физико-математических наук, старший научный сотрудник Государственного астрономического института им.П.К.Штернберга.Впредыдущих выпусках Рубки побывали биолог Дмитрий Алексеев (микробы кишечника и правильное питание), вирусолог Леонид Марголис (ВИЧ) и психолог Мария Фаликман (многозадачность и состояние потока). Подробнее..

Объектно-ориентированная социология архитектуры

20.07.2020 20:15:32 | Автор: admin
Архитектура как язык или как совокупность действий против такого понимания архитектуры выступила объектно-ориентированная социология. Но как видят архитектурный объект исследователи этого нового направления и какую задачу они перед собой ставят рассказывает социолог Виктор Вахштайн.Категория значения и категория действия в архитектуреКонцептуализация архитектурного объекта в социологических исследованиях связана с категорией значения и категорией действия, из которых вырастают два конкурирующих подхода. Прежде всего, если для нас принципиально важным является вопрос о том, каким образом архитектурный объект, например здание или мост, работает в качестве символического элемента, мы начинаем разлагать его на элементы. Любые исследования архитектуры в социальной антропологии и социологии, которые используют базовую идею примата символического значения архитектурного объекта над его материальностью, оказываются заложниками метафоры архитектура как язык.Противоположный подход, связанный с интервенцией акторно-сетевой теории в исследования архитектуры, акцентируется не на том, что здание значит, а на том, что оно делает. Мы должны разложить здание на элементы, совершающие особого рода операции, не находящиеся в одной плоскости: есть операции, которые производит материал, причем помимо нашей воли; и есть действия, которые заставляет нас совершать конкретный архитектурный элемент вроде берлинского ключа или дверного доводчика. Тогда мы говорим о том, что действуют материалы, отдельные архитектурные элементы на уровне аффорданса, а также конкретные помещения, которые определенным образом фреймируются, заставляя нас действовать внутри них (а следовательно, действовать значит делать возможным действие другого). Двигаясь вверх и вниз по этому континууму от материала до символического значения, мы переопределяем значение как одну из форм действия: значить это действовать. Это тоже своего рода хитрый риторический прием, который использует акционалистская теория, для того чтобы перехватить проблематику у ориентированных на семиотику исследований архитектуры.Что объединяет два этих конкурирующих подхода? Прежде всего, и для тех, кто следует метафоре архитектура как язык, и для тех, кто следует логике архитектурный объект как совокупность действий, здание как некое целое, обладающее самостоятельным онтологическим статусом, не существует. Оно раскладывается на элементы, в одном случае воспринимающиеся как морфемы, из которых складывается смысл целого, а в другом как отдельные действующие элементы.Объектно-ориентированная социология архитектурыПротив такого понимания архитектурного объекта последние пятнадцать лет выступает объектно-ориентированная социология архитектуры. Она связана с относительно новым философским направлением спекулятивным реализмом, представленным работами Грэма Хармана и Квентина Мейясу. Эти исследователи пытаются показать, что значение и действие это два зла, из которых постоянно приходится выбирать. В центре их изучения находится понятие объекта, который понимается уже не как некий материальный объект, встроенный в сеть агентностей (и потому здание оказывается ансамблем действующих элементов). Для объектно-ориентированного исследователя архитектуры главная задача увидеть архитектурное сооружение по ту сторону его значения и действия, воспринять его как то, что обладает целостным, самостоятельным онтологическим статусом, вернуть зданию суверенитет.Марк Фостер Гейдж в работах, посвященных импорту спекулятивного реализма и объектно-ориентированной онтологии в изучение архитектуры, подчеркивает необходимость сопротивляться всеми силами как семиотикам с одной стороны, так и социологам действия с другой. В качестве объекта критики он выбирает Рема Колхаса, который в 2014 году был куратором Венецианской биеннале и, пытаясь изменить взгляд современных архитекторов на архитектуру, отказался выделять какие-либо отдельные архитектурные объекты на этой биеннале, чтобы, как он пояснил в интервью, не тешить ничье самолюбие. Вместо этого он выделил те элементы, которые казались ему наиболее значимыми, и представил их в качестве общего знаменателя всех архитектурных проектов. По сути Колхас провел декомпозицию разложение каждого конкретного здания на некоторые универсальные действующие элементы.В логике декомпозиции, которой противостоит объектно-ориентированная социология архитектуры, всякое здание представляет собой ансамбль. Нам легко помыслить себе город как ансамбль, мы привыкли к метафоре архитектурного ансамбля, но само здание кажется нам чем-то единым целым. При этом, когда мы говорим о том, что здание представляет собой сеть распределенной агентности между отдельными элементами, которые могут действовать на разных уровнях континуума от материала до символического значения, нужно помнить, что эти действия могут быть как сонаправленными (например, в консонансе действуют железо и бетон в железобетонных конструкциях в силу некоторого совпадения их свойств), так и разнонаправленными (отдельные элементы здания работают в разной логике, поэтому функционирование его как единого целого невозможно).Каждый раз, когда мы обнаруживаем разнонаправленность действий отдельных элементов на разных этажах, мы начинаем видеть не целостность здания, а его дробность, дискретность составляющих его агентностей. На такой аналитический взгляд ориентирует нас Колхас, но подобного рода аналитичность позволяет нам увидеть в здании нечто большее. Само выражение поэзия архитектуры начинает звучать принципиально иначе. Что такое поэзия, помимо образности и всего того, что мы привыкли ассоциировать с этим словом? В Курсе поэтики Поля Валери дается точное определение поэтического выражения: поэзия это гомология рифмы и смысла, материальных элементов высказывания и его значения. В поэтической фразе форма слова обладает самостоятельным значением. Материальность речи и ее значение оказываются гомологичными, изоморфными, наложенными друг на друга. Форма слова должна подчеркивать его значение. Она может усиливать его или, напротив, ослаблять. И, таким образом, здание оказывается свернутым ансамблем, в случае если оно работает как единое целое. Создается иллюзия его устойчивости, единства и самостоятельности лишь в силу того, что все его элементы работают в консонансе и составляют воспроизводимый ансамбль. Иначе бы здание просто развалилось или стало бы необитаемым.Итак, в первом случае случае с семиотическим анализом здание исчезает, распадаясь на совокупность некоторых значащих элементов; во втором случае здание распадается, растворяясь в сети распределенной агентности. И здесь объектно-ориентированные исследователи обращаются к акционалистам: Вы нам ответили на вопрос, что делает здание зданием: здание зданием делает то, что оно делает. Но вы не ответили на вопрос, что делает здание объектом, что позволяет ему возражать и придает ему суверенитет. Ответ про ансамбль устойчивое воспроизводимое ядро отношений между отдельными действующими элементами объектно-ориентированных исследователей явно не устраивает. Вопрос по большому счету состоит в том, сможет ли это относительно новое направление в исследованиях архитектуры, города, инфраструктуры создать по-настоящему значимую теоретическую концептуализацию вокруг таким образом понятого объекта.В конечном итоге им придется сражаться не только с социологами-акционалистами или социальными антропологами и семиотиками, а с самими архитекторами. Тем не менее по мере того, как все больше в журналы по архитектурной теории проникают ссылки на Грэма Хармана, Квентина Мейясу, Рэя Брасье, мы можем говорить о том, что исследования архитектуры находятся сегодня на пороге новой интервенции в этот раз интервенции со стороны объектно-ориентированной философии.Архитектурный объект в сетевом пространствеКогда теоретики поворота к материальному ворвались в исследования архитектуры, особую роль здесь сыграла манчестерская школа архитекторов, в частности ученики Бруно Латура Саймон Гай и Альбена Янева. В какой-то момент они довольно серьезно увлеклись метафорой сети: здание или город представляет собой ансамбль действующих элементов. Метафора сети распадается на две других: метафору сети распределенной агентности отдельных элементов, начиная от берлинского ключа и дверного доводчика и заканчивая городской канализацией, и метафору сети отношений, которую Джон Ло и социальная топология берут из постструктуралистской семиотики.Тогда ответ на вопрос, что делает здание зданием, в случае социальной топологии, а не акторно-сетевой теории в целом будет звучать иначе. Всякий архитектурный объект занимает одновременно два типа пространства: физическое пространство, и потому мы можем говорить о городских ансамблях, и семиотическое (сетевое, синтаксическое) пространство, где он связан с другими объектами той же самой природы. До тех пор, пока его положение устойчиво в пространстве сети отношений с другими объектами той же природы и пока он ясно считывается, например, как королевский дворец и не превращается в руины, склад или университет, в нем поддерживается именно то ядро устойчивых отношений, которое и позволяет говорить о нем как об объекте. Но когда церковь, как это произошло в городе Утрехте, продается с молотка, а ее здание используют в качестве студенческого общежития (и теперь студенты спят в спальных мешках и на матрасах в помещении, где раньше находился алтарь), это здание смещается в сетевом пространстве, и уже совсем иная сеть отношений определяет то, чем оно является. И в том и в другом случае мы говорим о сети и совокупности элементов: в первом случае нас интересует то, как эти элементы действуют, во втором то, как они связаны друг с другом.Но на это у объектно-ориентированных исследователей тоже есть серьезное возражение. Оно состоит в том, что тогда легко представить ситуацию, где какая-то часть здания ему не принадлежит, а встроена более плотно в иную сеть отношений. Получается, что здание оказывается на перекрестке сетей. Оно не исчерпывается ни одним порядком отношения, потому его границы провести почти невозможно. В конечном итоге, говорят объектно-ориентированные исследователи, как убивали архитектуру те, кто не видел в ней ничего, кроме некоторого набора значащих элементов, точно так же убиваете архитектуру вы, потому что не видите в ней ничего, кроме материализации определенного рода сети: либо сети отношений, либо сети действий. Подробнее..

Стресс механизмы, стадии и последствия

22.07.2020 14:18:19 | Автор: admin
Гость Рубки биолог Дмитрий Жуков. Вместе с соучредителем ПостНауки РоманомАвдеевым будем выяснять, как стресс влияет на организм человека.Дмитрий Жуков доктор биологических наук, старший научный сотрудник лаборатории сравнительной генетики поведения Института физиологии им.И.П.Павлова РАН.Узнать больше о стрессможно изнашего гида Хороший / плохой стресс.Впредыдущих выпусках Рубки побывали биолог Дмитрий Алексеев (микробы кишечника и правильное питание), вирусолог Леонид Марголис (ВИЧ) и психолог Мария Фаликман (многозадачность и состояние потока). Подробнее..

Илья Локшин Демократия не гарантирует, что все будет хорошо, но она повышает шансы, что все будет не очень плохо

22.07.2020 20:08:21 | Автор: admin
Всегда ли экономически развитые страны являются демократиями? Как популистские настроения связаны с участием в политическом процессе пассивного большинства? Чем неолиберализм отличается от либеральной демократии? О том, как демократия связана с благосостоянием граждан, редактор ПостНауки Кристина Чернова побеседовала с политологом Ильей Локшиным.Первая часть беседы была посвящена концепциям демократий, признакам демократических государств и современным политическим тенденциям в США и Европе. С демократиями связывают позитивные черты: развитая экономика, низкий уровень бедности, меньшая вероятность гражданских войн. Всегда ли это так? Автократии это небезопасные страны в отношении прав человека и экономической стабильности, а демократии прогрессивные общества с высоким уровнем жизни? Это не так. Между политическим режимом и отсталостьюстраны сложная связь. Если измерить отсталость с экономической точки зрения, то можно увидеть сильную корреляцию между экономическим развитием и демократией. Но корреляция не подразумевает, что одно детерминирует другое в причинно-следственном смысле. Богатые нефтью страны из Персидского залива экономически развиты, но демократиями не являются: в них не сформировалась ценность прав человека и культурных установок, как на Западе. Но если принять во внимание экономическое измерение, то эти страны занимают высокие позиции. Например, Китай показывает высокие темпы экономического роста уже десятки лет, не являясь демократией.Хрестоматийный пример Сингапур. Как сказал политик Ли Куан Ю, Сингапур вырвался из третьего мира в первый. Но и это не демократическая страна.Благодаря примерам Китая, Сингапура и Южной Кореи сформировалась теория авторитарной модернизации1. Ее главный тезис:у авторитарных лидеров больше возможностей для модернизации страны. Теорию сильно критикуют, но все же у нее есть серьезные аргументы2.С точки зрения статистикидемократии выглядят лучше. Очень сильно упрощая: демократия не гарантирует, что все будет хорошо, она повышает шансы, что все будет не очень плохо.
Почему появляются новые демократии? Если посмотреть на теории демократизации, то можно выделить два подхода. Согласно первому, демократии появляются из-за объективных и структурных предпосылок: экономического развития, религии, отсутствия выраженных социальных конфликтов и так далее.Другой подход указывает на то, что важны не столько объективные и структурные предпосылки, сколько стратегии действия акторов, которые участвуют в политическом процессе. Это агенты со стороны правительства, а именноразные группы правящего режима,и агенты из оппозиции. То, как они взаимодействуют, ведет к тем или иным результатам демократизации. Население может навязать демократию элитам, если в обществе появляется запрос на равенство. Демократия может быть привнесена извне или отчасти продиктована историческим опытом, который дискредитирует иные формы правления. Насколько устойчивыми оказываются такие разные по происхождению демократии? Есть ли исследования на этот счет? Я не могу вспомнить научные работы, которые бы указывали на то, что способ демократизации, как он описан в вопросе,влияет на исход и устойчивость режима. Существуют мнения, что тип предшествующего авторитарного режима влияет на процесс и успех демократизации3. Но это другой вопрос.Хочу сделать маленькую ремарку. Демократии чаще появляются из-за запроса общества, но одного запроса недостаточно: авторитарные политические элиты редко готовы расставаться со властью. Это очень усложняет и замедляет демократизацию. Демократия снижает разрыв в доступности экономических благ между богатыми и бедными? Теоретически да. Демократизация предполагает, что право участия в принятии политических решений приобретает большинство, обычно не столь богатое, как элиты. Когда не очень богатые люди получают право принимать политические решения и влиять на них, они могут голосовать за перераспределение экономических благ, напримерза повышение налогов для людей с высоким доходом. Кажется, что это должно приводить к большему равенству, но в действительности все не совсем так.Если описанный эффект есть, то его сложно зафиксировать. Наоборот, существует много авторитарных режимов, которые в те или иные периоды вполне поддерживали равенство. А некоторые демократические режимы характеризуются бльшим уровнем неравенства,напримерсовременные Соединенные Штаты. При этом ни у кого не вызывает сомнений, что даже при Трампе в США сохранилась демократия. Для многих европейских демократий, наоборот, характерно равенство.По мнению авторитетных исследователей, экономическое развитие повышает уровень жизни тех слоев населения, которые до этого жили беднее, и, соответственно, повышается уровень равенства4. Согласно некоторым теориям, снижение неравенства повышает шансы демократизации5. Когда условия жизни выравниваются, политические элиты с большей охотой готовы основать демократические институты. В условиях равенства перераспределение приведет к меньшим потерям политических элит, которые одновременно являются элитами экономическими. Когда расслоение очень большое, элиты могут быть не заинтересованы в демократизации, потому что она приведет к большому перераспределению, где люди лишатся своего богатства. Даже если мы найдем связь между равенством и демократией, неочевидно, в какую это сторону работает:что является причиной, а что следствием. Как исследователи оценивают роль цифровых технологий и средств массовой информации в процессах демократизации? Сегодня, когда мы говорим о СМИ, то можем иметь в виду и интернет-ресурсы, и социальные сети, которые очень отличаются от традиционных СМИ: телевидения, радио, газет.Благодаря технологиям люди лучше координируют свои действия, что повышает качество этих действий. Существуют теории демократизации, которые подчеркивают, что важна успешность коллективного действия в сопротивлении недемократическому режиму: необходимо, чтобы люди могли организовываться, чтобы бросать вызов власти6. Современные технологии предоставляют такую возможность. Например, об Арабской весне написано множество книг и статей, в которых рассказано, как Twitter и Facebook помогли сделать именно это.Однако власть может использовать новые технологии для контроля и манипуляции людей. Как и многие другие вещи в жизни, цифровые устройства амбивалентны. Можно ли решить проблему пассивного большинства? Я бы сначала поставил вопрос, насколько это является проблемой. В политической истории был долгий период, когда пассивность большинства оценивалась положительно: были распространены опасения, что активное большинство сметет цивилизованные формы политики. Можно вспомнить очень много подобных мнений: от статей отцов-основателей США (Федералист сборникстатей в поддержку ратификации Конституции США)7 до теорий 1960-х годов, когда наблюдатели опасались, что хлынувшие на авансцену истории народные массы установят тоталитарные режимы.Согласно современной популярной позиции, чтобы демократия работала, люди должны участвовать в политической жизни государства. Но появляется двусмысленность: сегодняшняя волна популизма не что иное, как процесс вовлечения в политику тех масс, которые до этого были пассивны. Люди, которые не ходили на выборы, становятся активными из-за того, что появились близкие им политики.С одной стороны, усиливается демократический компонент: народ участвует в политическом процессе. С другой тем людям, которые поддерживают либеральную демократию, вовлечение масс в политику и изменение пассивности на активность кажется подозрительным. Поэтому я сначала предлагаю подумать о том, в какой системе координат мы мыслим, что именно считаем хорошим и плохим, и в зависимости от этого дать ответ на вопрос, как добиваться цели. В чем заключается концепция неореспубликанизма? Что вы о ней думаете? Неореспубликанская теория указывает на другие требования к демократическому процессу, пытается иначе выразить политические требования и ценности, чем, скажем, либерализм8. Часто неореспубликанцы отмежевываются от либеральной философии, потому что, например, ценность свободы, которая весьма характерна для демократии, интерпретируется неореспубликанцами по-другому. Для либералов, как говорят неореспубликанцы, свобода заключается прежде всего в том, что человек может беспрепятственно реализовывать свою волю. А неореспубликанцы говорят о том, что существует альтернативная концепция свободы, свободы как недоминирования. Разница в том, что в первом случае я могу беспрепятственно реализовывать свою волю, даже если надо мной стоит правитель, который может в любой момент вмешаться и лишить меня этой возможности.Неореспубликанцы считают, что эта картина несовместима с либеральной позицией, где понимание свободы очень опасно и превратно. Потому что истинная свобода предполагает, что отсутствует лицо, которое может в любой момент вмешаться в мою деятельность и лишить меня способности реализовывать волю.Неореспубликанцы также подчеркивают важность разных демократических практик. Например, принцип оспариваемостипредполагает, что граждане готовы вмешаться в процесс обсуждения и оспаривания политических решений, которые принимаются элитами. Когда очень силен дух гражданственности, люди политически непассивны, чувствуют себя принадлежащими к определенному политическому сообществу.Я думаю, что неореспубликализм это очень важная и плодотворная попытка оживитьтеорию и практику демократии. С другой стороны, мне кажется любопытным, что неореспубликанская теория сама по себе не всегда отличима от либерализма, потому что существует внутри общего либерального консенсуса. Классическая республиканская теория более радикальна и в чем-то бросает вызов нашему пониманиюполитики. Думаю, неореспубликанская теория несколько половинчатая: она вроде бы противостоит либеральному консенсусу, но в то же время встроена в него. Правда ли, что демократия это следствие изобилия и легкодоступности ресурсов? Если наступает дефицит, то режим моментально исчезает? Это тоже вопрос о демократии, благосостоянии и их взаимосвязи; об интерпретации дефицита ресурсов как отсутствии благосостояния и наоборот. Первая точка зрения гласит, что демократия это порождение благосостояния, потому что люди, которые обладают благосостоянием, имеют больший запрос на демократию, им есть что терять и они хотят принимать участие в политических решениях.Ряд авторов, в том числе экономисты Дарон Аджемоглу и Джеймс Робинсон, придерживаются другой точки зрения5. Они указывают на то, что демократия, наоборот, способствует повышению благосостояния, росту общего объема ресурсов и тем более равенству. Ученые пытаются это обосновать, приводят серьезные аргументы.Третья позиция о том, что нет каузальной, очень тесной связи между демократией и благосостоянием. Но если стране удалось стать одновременно демократией и экономически развитой страной, то шансов на то, что она перестанет быть демократией, уже будучи экономически развитой, практически нет. А если страна бедная, то она может являться как демократией, так и недемократией, потому что существует меньше стимулов поддерживать демократический режим у элит и населения.Я не хотел бы однозначно указывать на то, что одна точка зрения верна, а другая нет. Популистскую реакцию, которую мы наблюдаем сегодня, большая часть исследователей связывают с экономическим стрессом и двусмысленными для экономики и части граждан следствиями глобализации. Это обосновывается статистически, эмпирически и теоретически. Междисциплинарные исследования: какое самое необычное сочетание наук, задействованных в общем проекте, вы знаете? То, что еще 45 лет назад я считал необычным сочетанием наук, сейчас таковым не является. Меня удивляло название науки нейрополитика и соответствующее направление исследований9. Пример вопроса, на который пытается ответить нейрополитика:Как либеральные или консервативные взгляды генетически детерминируются? Какова нейрофизиологическая подоплека наших ценностей, которые выражаются в идеологических предпочтениях? Для российского академического контекста это еще несколько лет назад звучало очень странно. Сегодня нейрополитика это авторитетное и многообещающее направление, в котором уже не видят ничего необычного.Дополнительные материалы:1. Thompson M. Authoritarian Modernism in East Asia. Palgrave Macmillan US. 2019.2. Гельман В. Авторитарная модернизация в России - миссия невыполнима? / Мир России. Социология. Этнология. 2017. 2.3. Foa R.S. Modernization and Authoritarianism / Journal of Democracy. 2018. 3.4. Lindert P.H. Growth, equality, and history / Explorations in Economic History. 1985.Volume 22, Issue 4.5. Acemoglu D., Naidu S., Restrepo P., Robinson J.A. Democracy, Redistribution and Inequality / Handbook of Income Distribution. 2013. Volume 2.6. Inglehart R., Welzel, C. Social Forces, Collective Action, and International Events / Modernization, Cultural Change, and Democracy: The Human Development Sequence. Cambridge University Press. 2005.7. The Federalist Papers / Library of Congress8. Lovett F., Pettit P. Neorepublicanism: A Normative and Institutional Research Program /Annual Review of Political Science. 2009. Vol. 12:11-29/9. Schreiber D. Neuropolitics: Twenty years later / Cambridge University Press. 2017. Подробнее..

Осадки

23.07.2020 20:08:40 | Автор: admin
Когда мы уточняем прогноз погоды, мы в первую очередь обращаем внимание не только на температуру воздуха, но и на такой метеорологический параметр, как атмосферные осадки. Какими они бывают, когда образуются и почему они идут не из всех облаков?ГидрометеорыАтмосферные осадки очень разнообразны. Существует такое явление, как наземные гидрометеоры осадки, возникающие на земной поверхности. Прежде всего это роса, которая образуется, когда при понижении температуры, как правило в ночные и предутренние часы, происходит конденсация влаги непосредственно над землей. И если температура падает ниже нуля, то после конденсации влаги происходит ее сублимация, и образуется иней. К гидрометеорам относится и изморозь: на отдельных предметах, чаще всего ветках или травинках, в результате сублимации намерзают кристаллы. Как правило, это происходит при несколько более низких температурах, чем при образовании инея.Также всем хорошо известен гололед. Люди часто задают вопрос: чем различаются гололед и гололедица? На самом деле гололедица это не осадки, в отличие от гололеда. Представьте, что на поверхности почвы или асфальта днем растаял снег или лед и образовалась пленка воды. При понижении температуры (обычно это происходит в ночные часы, но может и в течение дня, если температура воздуха падает с приходом более холодной воздушной массы после прохождения холодного фронта) вода замерзает непосредственно на поверхности, и образуется гололедица. То есть она связана с похолоданием, с понижением температуры.А гололед, наоборот, чаще всего связан с приходом более теплой воздушной массы, с прохождением теплого фронта или фронта окклюзии. Каков механизм его образования? До прихода теплого воздуха господствовал более холодный, и поверхность была также более холодная. С приходом теплой воздушной массы из облаков могут выпадать осадки либо в виде дождя, либо в виде мокрого снега, но очень часто это именно переохлажденный дождь. Дело в том, что, поскольку примесей в атмосферной воде намного меньше, чем в реке, океане или море, вода на земле замерзает при температуре 0 C. А в атмосфере более чистая вода, в которой мало примесей, поэтому она может долго находиться в переохлажденном состоянии, не замерзая при отрицательных температурах. Но если устойчивость таких переохлажденных капель нарушается в результате столкновения с любым твердым объектом поверхностью, деревьями, машинами или самолетами, они мгновенно замерзают. Именно это явление и называется гололедом, который может образовываться не только на поверхности, но и, например, на ветках деревьев.Знаменитое явление ледяного дождя наблюдалось несколько лет назад в Москве и Московской области: тогда повалило огромное количество деревьев, и даже на поверхности домов и машин слой льда образовался толщиной в 10 сантиметров. При попадании в более холодный воздух капли воды покрываются корочкой льда. Ударяясь о твердую поверхность, они разбиваются, и влага мгновенно замерзает. Именно из-за того, что выпал достаточно интенсивный дождь, а до этого температура воздуха и поверхности была минус 1620 C, произошло намерзание на всевозможных поверхностях очень толстого слоя льда. Сильные гололедные явления бывают привязаны именно к ледяным дождям, поэтому в настоящий момент их прогнозу уделяется очень большое внимание.Виды осадковАтмосферные осадки делятся на твердые и жидкие. В свою очередь, жидкие подразделяются по размеру капель на дождь и морось. Морось это капли, диаметр которых меньше одного миллиметра. Видов твердых осадков намного больше: снег, ледяные зерна, ледяная крупа, ледяные иглы, град и так далее они различаются и по размеру, и по структуре.Кроме того, осадки могут различаться по интенсивности. Выделяют осадки обложные. Они не очень интенсивные, но долго идущие. Бывают осадки моросящие: выпадает именно морось, и они не более приятны, чем осадки обложные. Чаще всего такие осадки выпадают в прибрежных районах, например в Шотландии, Великобритании. Неприятны они тем, что от них невозможно укрыться, никакой зонт вам не поможет, потому что очень легкие капли переносятся ветром и падают не сверху, а сбоку, снизу откуда угодно. От моросящих осадков спасает только непромокаемая одежда. И наконец, осадки бывают очень интенсивные, от которых вы промокнете за считаные минуты, а иногда даже секунды. Но они, как правило, кратковременные и редко продолжаются больше часа.Почему выпадают осадки?Облака не состоят из водяного пара, как ошибочно может кто-то предположить: водяной пар всегда присутствует в воздухе, но его нельзя увидеть невооруженным глазом. Облака это скопление именно капелек воды, которые удерживаются воздушным течением и не падают на землю, потому что сравнительно легкие. Но если капли становятся тяжелыми и силы гравитации достаточно, чтобы они упали на землю, формируются атмосферные осадки: капли воды достигают земли. Капли становятся тяжелыми, поскольку происходит их коагуляция: они сливаются друг с другом, и более крупные падают на землю. Однако данные наблюдений, которые проводились в течение XX века, показали, что коагуляции капель недостаточно, чтобы образовались крупные капли (дождь или снег), максимум выпадет морось.Механизм образования крупных капель был открыт Туром Бержероном, шведским ученым, принадлежавшим к норвежской школе, и был назван в его честь бержероновским процессом. Благодаря норвежской школе в синоптику и прогноз погоды было введено понятие фронтального анализа. Ученые тогда проводили очень много натурных наблюдений, например, на территории Скандинавского полуострова. Во время одной из таких кампаний Бержерон наблюдал за одним из холмов, на который часто садилось облако, и обнаружил, что, когда температура падала ниже нуля, облако не образовывалось, а если температура была выше нуля, то оно появлялось. Он предположил, что образование облака может быть связано с взаимодействием капель и кристаллов.Важным здесь является насыщение воздуха. Почему вообще из водяного пара образуются капли? Дело в том, что воздух не может вобрать в себя бесконечное количество водяного пара. Например, если мы будем вытирать лужу воды губкой, то до определенного момента она будет впитывать воду, но если она насытится этой водой, то дальше впитывать ее уже не будет, и вода начнет вытекать. Поэтому губку надо периодически отжимать. То же самое с воздухом: он до определенного момента, который называется состоянием насыщения, вбирает в себя водяной пар, а если водяной пар продолжает поступать, то возникает его избыток, и начинается конденсация. Порог, при котором начинается конденсация, называется давлением насыщения.Насыщение надо льдом наступает быстрее, чем над водой. Если у нас есть капля воды и кристаллик льда, то для воды воздух будет ненасыщенным, и она начнет испаряться. А для кристаллика льда воздух будет уже насыщенным, и испарившаяся капля мгновенно будет намерзать на кристалле. Изначально он более тяжелый, чем капля, и будет становиться все тяжелее, а потом начнет падать вниз. По дороге он встретит другие кристаллы и, сталкиваясь с ними, будет разбиваться на массу частичек. Пойдет цепная реакция: будет образовываться все больше кристалликов, каждый из которых станет ядром для намерзания новых капель, и все они будут падать вниз. Получается, в облаке должны присутствовать одновременно и капли, и ледяные кристаллы, чтобы из него выпали осадки. Такие облака называются смешанными. Бержерон все это понял, основываясь на знании физических процессов и интуиции, никаких экспериментов он не проводил. И только спустя 10 лет немецкий ученый Вальтер Финдейзен сумел доказать, что такой процесс существует, уже экспериментально.Таким образом, у нас есть облака, которые состоят только из капель, и они, как правило, находятся в нижнем слое тропосферы. Есть облака, состоящие только из кристаллов, это белые прозрачные облака, которые формируются в верхних слоях тропосферы, и из них осадки не идут. И есть облака, которые пронизывают всю тропосферу и распространяются от нижних слоев до верхних от 2 до 10 километров. Именно в них присутствуют одновременно капли и ледяные кристаллы, а потому из них будут выпадать осадки.Понять, какое перед нами облако и будут ли идти из него осадки, могут специалисты: определить тип облака не так-то просто, и синоптики знают, как это делать. Но на одну хорошую примету все же можно ориентироваться: признаком того, что дождь точно пойдет, является формирование так называемой наковальни в огромной башне облака, которое кажется очень страшным, из-за чего всегда хочется понять, пойдет из него ливневый дождь или нет. Термин наковальня пришел из кузнечного дела: верхушка такого облака расплывается по горизонтали и действительно напоминает кузнечную наковальню.Подобное растекание облака происходит за счет того, что на высоте от 9 до 12 километров дуют очень сильные ветры. Если наковальня образовалась, значит, облако выросло до высоты 9 километров, а там температуры настолько низкие, что формируются ледяные кристаллы. Таким образом, в башне облака, простирающейся от низких слоев до верхних, присутствуют и капли, и кристаллы, а значит, есть условия для формирования осадков. От такого облака надо скорее убегать, потому что непременно начнется интенсивный ливень. Подробнее..

Работа эпигенетических часов

30.07.2020 12:08:31 | Автор: admin
Эпигенетика это интерфейс, который существует между генетическим кодом, представляющим собой текст, и окружающей средой. Если мы откроем книгу и увидим много букв, которые сливаются в одну длинную страницу, мы ничего не поймем. И эпигенетика это своего рода знаки препинания, которые делают отдельные сочетания букв осмысленными.Метилирование ДНКСамый известный эпигенетический механизм метилирование отдельных нуклеотидов генетического текста, а именно цитозина. Меняется конформация нуклеотида. Подобное метилирование основания может предотвращать связывание транскрипционных факторов непосредственно с ДНК, тем самым препятствуя работе гена. Либо, наоборот, отсутствие метилирования способствует работе того или иного гена. Именно из-за этого наш организм такой многообразный: геном во всех клетках один, но знаки препинания в каждой из них расставлены по-разному, поэтому генетический текст может выражаться, например, как волосы или как кровь и так далее. В крови метилирование ДНК имеет определенный паттерн, то есть количество метильных групп и то, как они расположены на нитях ДНК, а в клетках кожи паттерн метилирования ДНК будет иным. Отсюда такое разнообразие тканей, которое дает один геном.Геномы однояйцевых близнецов идентичны. Более того, когда близнецы рождаются, метилирование их ДНК тоже абсолютно одинаково. Но чем дольше они живут, тем больше расходится прочтение их генетических текстов, и с возрастом паттерн метилирования ДНК даже у однояйцевых близнецов меняется.Определение возраста человекаЕсли паттерн метилирования ДНК меняется, то, может быть, это как-то связано с возрастом? В начале 2000-х годов был проведен ряд исследований, которые пытались найти связь между метилированием ДНК и возрастом человека. В первой работе брали клетки буккального эпителия, то есть клетки слюнных желез, и смотрели паттерн метилирования ДНК: сколько существует метилированных оснований и как в течение жизни меняется распределение метильных групп по ДНК. Оказалось, что оно меняется определенным образом, а участки ДНК сохраняются либо метилированными, то есть имеют знаки препинания, либо неметилированными. И с возрастом это меняется. Точно предсказать по наличию этих участков возраст конкретного индивидуума оказалось достаточно просто.Некоторое время спустя другая группа ученых провела исследование: хотя клетки слизистой оболочки отличаются от клеток крови, но и там, в крови, они тоже обнаружили определенные участки метилирования ДНК, по которым можно определить возраст человека. Через несколько лет вышла работа, объединившая результаты предыдущих исследований: Стив Хорват изучил различные ткани и клеточные линии человека, которые тоже могут стареть в культуре. В разных тканях и клеточных линиях обнаружилось 353 сайта ДНК, которые определенным образом с возрастом метилировались. По метилированию этих участков ДНК в геноме возраст можно определить с точностью до 34 лет.Таким образом, если мы обнаружили останки некого человека и его ДНК сохранилась, то благодаря анализу метилирования ДНК можно узнать, какого возраста был человек, когда он умер. Кроме того, это также может говорить и об относительном возрасте различных людей. Например, принципиальной разницы в участках и скорости старения для различных популяций, наций, групп людей не оказалось, но была обнаружена разница в скорости старения между мужчинами и женщинами: у мужчин возраст оказался по метилированию ДНК меньше, чем у женщин.Однако женщины страдают другим недугом: клетки молочной железы стареют быстрее, чем другие ткани. Скорее всего, это связано с репродуктивной функцией. Когда формируются секреторные клетки, они должны постоянно обновляться, поэтому включаются ускоренные метаболические процессы, и с этим, вероятно, и связано старение. Поэтому у женщин чаще встречается рак молочной железы.Интересно, что о возрасте человека свидетельствуют всего 353 сайта ДНК. На сегодняшний день они кажутся достаточно бессмысленными, поскольку не связаны с какими-то определенными генами, то есть они отражают целый ряд независимых событий, когда то, что называется эпигенетическим ландшафтом, в частности метилирование ДНК, претерпевает глобальные изменения. Технология репрограммирования клеток позволяет из соматической клетки получить эмбриональную, и если мы возьмем соматическую клетку, которая состарилась по 353 участкам метилирования ДНК, то репрограммирование возвращает этой клетке юность она становится молодой и может снова пройти все стадии старения по 353 сайтам метилирования, которые указывают на эпигенетический возраст.На самом деле есть целый ряд исследований, проводящихся на клетках крови, которые тоже достаточно точно отражают скорость старения человека, хотя для этого используются некоторые другие маркерные сайты. Это значит, что изменение метилирования ДНК носит глобальный характер и, скорее всего, связано не с функционированием конкретных генов, а с общим старением.Эпигенетическая продолжительность жизниВ конце 2019 года вышла научная работа, в которой проанализировали метилирование ДНК около сотни различных видов позвоночных животных, включая те, что живут достаточно мало, несколько месяцев. Были также животные, живущие сотни лет. Но понятно, что животное, которое живет так долго, зачастую является уникальным экземпляром, поэтому точность предсказания продолжительности жизни не очень высока.И оказалось, что для человека ожидаемая продолжительность жизни, предсказанная по метилированию ДНК, составляет 38 лет это его гарантийный срок. Здесь нет различий между мужчинами и женщинами, речь именно о Homo sapiens. Кроме того, если сохранена ДНК вымерших видов, мы также можем проанализировать ее метилирование. И продолжительность жизни неандертальца, предсказанная по метилированию ДНК, была 37,5 лет. Это значит, что увеличение продолжительности жизни человека до 70 лет и более, которое мы наблюдаем сегодня, не нашло своего отражения в истории человека как биологического вида. Продолжительность жизни что у неандертальца, что у Homo sapiens была достаточно короткая и не превышала 38 лет, которые необходимы для репродукции и выкармливания потомства. И пока даже для нас предсказанный возраст остается таким же.Когда же произойдут изменения в нашем эпигеноме, которые дадут больший гарантийный срок? На этот вопрос сложно ответить, поскольку сегодня человек изолирует свой эпигеном от условий окружающей среды. Вернее, условия окружающей среды принципиально изменились: появился пол, потолок, батареи, телефоны, которыми мы пользуемся, и, может быть, они тоже что-то вносят в наш эпигеном. Но прошло всего несколько десятков лет, и это крайне мало по сравнению с периодом в 50100 тысяч лет, на протяжении которого формировался человеческий эпигеном. Этот эпигеном делает нас человеком сегодняшним, устремленным в будущее, который хочет каким-то образом изменить свой эпигеном и тем самым продлить свой гарантийный срок. Подробнее..

Категории

Последние комментарии

© 2006-2020, umnikizdes.ru