Русский
Русский
English
Статистика
Реклама

Авангард в кино

Говорить об авангарде в целом невозможно, потому что он имеет множество подразделов, которые часто находятся друг с другом в конфликтных отношениях. Но в то же время порознь и по отдельности, периодически сталкиваясь и борясь за первенство, авангардистские течения всегда работают для общего труда это такая цитата из модернистского американского поэта Роберта Фроста.Авангард ориентирован на ощутимость конструкции это верно для всех авангардистских течений. Как и экспрессионизм, авангардистские течения сначала заявили о себе в области изобразительного искусства, и я хотел бы в двух словах рассказать об авангардистских течениях, которые повлияли на кинематограф, получили в нем своеобразное развитие.Дадаизм появился перед Первой мировой в Швейцарии в нейтральной стране, которая не будет принимать участия в войне. И это не столько спасительное свойство для дадаизма, сколько своеобразная аллегория его нейтральности. Дадаизм не призывает к тотальной революции в искусстве он игнорирует существующие правила, стремится к тому, чтобы правил больше не было. Он постоянно нажимает Cancel в тех местах, где есть традиционные, успевшие сформироваться к этому времени модернистские направления. Дадаизм в изобразительном искусстве, в дадаизм литературе1 также строит свою концепцию на отрицании.Но как можно снимать кино, строя кинематограф на отрицании? Оказывается, можно. Например, Ман Рэй, протеическая фигура европейского и затем американского авангарда, подданный Российской империи по происхождению, отметился как раз в кинодадаизме. Слово дадаизм происходит от удвоения утверждения да-да в русском языке, да-да и в румынском. Но Дада это еще и детский лепет, повторение одного и того же звукосочетания, та-та-та, па-па-па, да-да-да, которое ничего не значит. Снять фильм, который бы ничего не значил, который весь бы строился на закольцованных композициях, это то, что удалось сделать Ман Рэю.Есть фильмы, которые скорее по формальным признакам можно отнести к абстракционизму в кино например, Ханса Рихтера и Викинга Эггелинга. Ханс Рихтер автор экспериментальных фильмов Диагональная композиция, Параллельная композиция и Перпендикулярная композиция, а также замечательного фильма под названием Ритм 23 (1923). Эти фильмы напоминают абстракционистские картины. Абстракционизм, собственно, на чем строится? На том, что дается абстрактная композиция геометрических фигур. Этой геометрии фигур дается условное название, которое якобы отражает внутреннее состояние художника в тот момент, когда эта композиция создавалась. Противостояние силовых линий, внутреннее напряжение, которое порождается этой геометрической композицией это то, что высвобождает энергию абстракции.Абстрактная живопись это с необходимостью статика. В кино можно показать в динамике, как абстрактные композиции сменяют друг друга, как они оставляют в пространстве след, как ломаются линии. Эти фильмы с необходимостью короткие, это сугубо концептуальные высказывания, которые показывают абстракционизм в действии in progress, как сказали бы по-английски. Абстрактное искусство не предполагает обязательную символизацию, символический компонент, а предполагает высвобождение энергии и движение формы.Авангард вообще занимается испытанием пределов, границ до чего можно дойти, испытывая абстракцию, до чего можно дойти в своих интеллектуальных притязаниях. И, мягко говоря, не стоит ждать от него удовольствия, которое нам приносит история, рассказанная на экране, это совершенно не по адресу.В кино не было супрематизма, который был реализован в живописи Малевича. Но из этих сугубо лабораторных опытов в какой-то момент начинают вырастать вполне содержательные вещи, которые претендуют на индустриальные масштабы, на повторяемость, на своеобразный гипнотический ритм конвейера. Это конструктивизм, который сначала появляется на бумаге в виде графиков и чертежей. Но потом он же реализуется в виде проектов зданий, а здания предполагают функциональное наполнение. Конструктивистский кинематограф тоже имеет некую функциональную наполненность.Имеется в виду кинематограф Дзиги Вертова, который появляется в советском контексте в середине 20-х годов и имеет серьезную взаимозависимость с немецким кинематографом 20-х годов, а именно с работами великого монтажного документалиста Вальтера Руттмана. Дзига Вертов и Вальтер Руттман идут рядом. Это очень тесно связанные друг с другом художники, которые работают с документальным материалом и предлагают зрителю не разыгранные, художественные истории, а нон-фикшн, который при этом организован по принципу авангардистского монтажа. Он восходит к дадаизму и абстракционизму, к бесконечному повтору одних и тех же элементов. Нарушению этого ритма, выламывание из него, обращает на себя внимание зрителя. На этой своеобразной рефлексологии восприятия и построен конструктивистский кинематограф.Дзига Вертов начинал как репортер, создавал так называемую Кино-Правду киножурналы, которые рассказывали о жизни советской страны в середине 20-х годов. И здесь есть очень интересная уловка: с одной стороны, Дзига Вертов предлагает как бы не обработанную реальность, он постулирует свой кинематограф как непосредственный сгусток реальности, который должен передать пафос построения нового мира. А с другой стороны, его монтажная эстетика говорит о сверхорганизованности этого высказывания. Неслучайно промежуточным итогом кинематографических поисков Дзиги Вертова оказывается фильм Кино-глаз (1924) своеобразный манифест его группы Киноки. В нем уже есть момент усиления рефлексов.
Его ключевой фильм Человек с киноаппаратом (1929), который является окончательным итогом его кинематографической концепции 20-х годов, предусматривает полное главенство киноаппарата над сознанием человека. В этом смысле Дзига Вертов предсказывает появление принципиально новой компьютерной эстетики конца ХХ века, которая еще в ламповом измерении начинается у группы Kraftwerk. Ее отцы основатели Ральф Хюттер и Флориан Шнайдер говорили: Раньше бог слышал все. А теперь бог магнитофон, послушаем, что он нам сообщит. Дзига Вертов как бы говорит нам: Раньше бог видел все. А теперь бог киноаппарат, посмотрим, что он нам покажет. Посмотрим, что мы можем взять из всевидящего глаза киноаппарата, чтобы организовать новый мир, новую реальность, которая подчинена ритму машины.Конструктивизм считает, что театр, литература, изобразительное искусство эти старые искусства, претендующие на иерархическое главенство над новыми технологическими искусствами, на самом деле должны потесниться и уступить перед ритмом машины. Потому что они мешают человеку породниться с машиной. А человек это машина, человек должен отладить свою деятельность дня получения максимальной эффективности. В этом есть своеобразный рефлекс тоталитаризма коллективность, всеобщность, приобщение индивида к группе. Вспоминаем что, модернизм в принципе склонен к групповщине, поэтому авторитаризм и модернизм не противостоят друг другу, это очень близкие типы ментальности.С другой стороны, здесь есть торжество механицизма, эффективности, которую должен продемонстрировать человек, наслаждающийся тем, насколько он рационален в своих действиях. Это рациональность, которая приносит парадоксальное удовольствие. Фильм Дзиги Вертова Человек с киноаппаратом показывает нам не только разрезанный мир, но и разрезанного человека это непосредственно отсылка к диагональным композициям Эггелинга и Рихтера. Это своеобразная фигурная скобка, которая обнимает 20-е годы в логике их развития поверх границ и барьеров. В данном случае мы ограничили свой экскурс рассказами о референциях немецкого и советского кинематографа.
Источник: postnauka.ru
К списку статей
Опубликовано: 29.03.2022 14:14:21
0

Сейчас читают

Комментариев (0)
Имя
Электронная почта

Общее

Категории

Последние комментарии

© 2006-2022, umnikizdes.ru