Русский
Русский
English
Статистика
Реклама

Не только казни как палачи лечили людей

В Европе XVI в. разнообразный ассортимент медицинских и квазимедицинских услуг (разрешенных и теневых) являл собой рыночную конкуренцию вовсей ее нерегулируемой красе. Врачи сакадемической подготовкой обладали самым высоким уровнем официальной сертификации, нонемногочисленность ибаснословный прейскурант делали ихуслуги недоступными для большинства населения. Куда шли простые люди со своими болезнями? К палачу. Совместно сиздательством Альпина нон-фикшн мыпубликуем отрывок изкниги Джоэла Харрингтона Праведный палач очеловеке, который профессионально пытал и убивал, но мечтал облегчать боль и исцелять.Предполагалось, что все домодерные палачи должны были обладать определенным медицинским опытом. Некоторые даже получали свои посты именно благодаря ихнавыкам исцеления людей или животных, обычно коров илошадей. Еще допоявления вгороде Франца, магистрату Нюрнберга случилось повторно нанять одного беспутного палача менее чем через год после того, как его вгневе уволили, поскольку его лечение очень помогло многим раненым ибольным людям выздороветь, аЙорг Унгер, нынешний палач, абсолютно бесполезен [вэтом отношении][tooltip word="[1]" text="RV 1119: 13r ( Jul 22 1555); G&T, 1046."]. Вовремена отца Франца Шмидта медицинское консультирование было незначительным бонусом кжалованью большинства палачей. Ктому времени, когда сам Франц активно занялся этим делом, плата заисцеление могла составлять уже дополовины его годового дохода[tooltip word="[2]" text="Nowosadtko, 163. В 1533 году вышедшии в отставку палач из Аугсбурга не смог обеспечить себя постояннои медицинскои практикои и был вынужден вернуться на свою прежнюю работу. Stuart, 154."]. После официального выхода напенсию в1618году Шмидт станет полностью зависеть отдоходов, приносимых лекарской практикой, которая будет процветать вплоть досамой его смерти годы спустя.Разнообразный ассортимент разрешенных итеневых медицинских, атакже квазимедицинских услуг, доступных втовремя, являл собой рыночную конкуренцию вовсей ее нерегулируемой красе. Врачи сакадемической подготовкой обладали самым высоким уровнем официальной сертификации, нонемногочисленность ибаснословный прейскурант делали ихуслуги недоступными для большинства населения. Обучавшиеся вгильдиях цирюльники-хирурги, врачеватели ран иаптекари обладали схожей аурой респектабельности ипри этом втаких крупных городах, как Нюрнберг, встречались поменьшей мере вдесять раз чаще своих академических коллег[tooltip word="[3]" text="Robert Jutte, Arzte, Heiler, und Patienten: Medizinischer Alltag in der fruhen Neuzeit (Munich: Artemis & Winkler, 1991), 1819."]. Как правило, эти специалисты осваивали навыки вкачестве учеников иподмастерьев нанесколько лет дольше, чем получали образование врачи вуниверситете. Кконцу XVIвека практически вкаждом немецком государстве работали свои официальные врачи ицирюльники-хирурги, атакже аптекари иповитухи, что придавало этим профессиям еще большую легитимность иавторитет.Конечно, институциональное одобрение такого рода немешало большинству людей обращаться ковсевозможным несанкционированным знахарям торговцам снадобьями, странствующим аптекарям, глазным лекарям, цыганам ирелигиозным целителям, каждый изкоторых торговал целым ассортиментом целебных порошков, смесей, мазей итрав. Врачи XVII иXVIIIвеков регулярно высмеивали способности этих мошенников ишарлатанов, ностоит признать, что некоторые изних предлагали действенные средства. Серные мази вопределенных случаях способствовали очищению кожи, атравяные отвары успокаивали чью-то ноющую спину. Правда, обещание каких-то бльших результатов этими странствующими целителями было чистой воды жульничеством. Несомненным плюсом, впрочем, являлось то, что бродячие шарлатаны рекламировали свои товары смешными песнями, забавными сценками, аиногда даже ипредставлениями созмеями (для рекламы тонизирующего средства, дающего иммунитет отлюбых укусов).Врачебную репутацию Майстера Франца неподкрепляли ниофициальная поддержка, никарнавальные действа, ноочевидно, что кего вящей выгоде существовали народные верования, окружавшие скверную профессию. Считалось, что, подобно знающим мужчинам иженщинам, встречавшимся практически вкаждой деревне, палачи хранили секретные рецепты всевозможных лекарств отрака ипочечной недостаточности дозубной боли ибессонницы иэти знания, как правило, передавались устно отмастера кподмастерью. Противоречивый целитель Парацельс, публично отвергавший многое изтого, что он узнал омедицине вучебных заведениях, однозначно утверждал, что приобрел основную часть своих врачебных навыков отпалачей изнахарей. Гамбургский палач Майстер Валентин Матц был широко известен тем, что знал травы исимпатию [врачевание] лучше, чем многие ученые доктора[tooltip word="[4]" text="Angstmann, 92; Keller, 226. Paracelsus, Von dem Fleisch und Mumia, cited in Stuart, 160."]. Какова нибылабы эффективность врачебных навыков палача, зловещая харизма Франца иего практикующих целительство коллег давала им неоценимое преимущество навысококонкурентном (иочень прибыльном) медицинском рынке того времени. Сыновья палачей также нередко получали выгоду отэтой устойчивой ассоциации имогли иметь процветающую медицинскую практику, даже если ненаследовали усвоих отцов саму профессию палача. Многие вдовы ижены палачей тоже выполняли медицинскую работу, иногда конкурируя запациентов сместными повитухами[tooltip word="[5]" text="Matthew Ramsey, Professional and Popular Medicine in France, 17701830: The Social World of Medical Practice (Cambridge, UK: Cambridge University Press, 1988), 27; Nowosadtko, 165."].Нокак много Майстер Франц наделе знал обискусстве врачевания игде он мог обучиться ему? Майстер Генрих, безусловно, передалбы сыну все свои знания, но, будучи воспитанным как сын честного портного, он должен был изучать врачебное искусство уже нановой работе. Когда Шмидты были приняты впрофессию, другие палачи, вероятно, поделились сними некоторыми секретами, зная, что прямая конкуренция состороны географически отдаленного коллеги маловероятна. Многочисленные преступники ибродяги, скоторыми встречались Генрих иФранц вовремя работы, были еще одним источником информации, втом числе имагических заклинаний, нотакая разновидность врачевания уже попадала взону риска.Самым ценным ресурсом для грамотного палача были, вероятно, многочисленные медицинские брошюры идругие справочные пособия, которые сначала XVIвека наводнили рынок печатной продукции[tooltip word="[6]" text="О распространении общих медицинских знании среди ремесленных семеи см.: Michael Hackenberg, Books in Artisan Homes of Sixteenth-Century Germany, Journal of Library History 21 (1986): 7291."]. Врачи, прошедшие обучение вуниверситете всего несколько поколений спустя, былибы шокированы подходом вдухе сделай сам, присущему большинству медицинских пособий времени Франца Шмидта. Еще более ихпоразилобы то, что зачастую популяризаторами были сами члены медицинской элиты. Уважаемый врач Иоганн Вейер (15151588), известный сегодня как один изпервых активных противников повальной охоты наведьм среди врачей своего времени прославился как автор книги Искусство врачевания: оразличных заболеваниях ранее неизвестных инеописанных, вкоторой речь шла олечении болезней, начиная оттифа исифилиса (наврядли таких ужнеизвестных в1583г.) вплоть доночных приступов идиареи[tooltip word="[7]" text="Artzney Buch: Von etlichen bi anher unbekandten unnd unbeschriebenen Kranckheiten/deren Verzeichnu im folgenden Blat zu fi nden (Frankfurt am Main, 1583)."]. Вейер рассчитывал начитателей, практически неимеющих профессиональной подготовки, иописывал симптомы иметоды лечения напонятном им языке, лишенном жаргонизмов, сдобавлением изображений соответствующих трав, лекарственных насекомых игадов. Как ибольшинство популярных авторов той эпохи, он рассыпает по тексту библейские ссылки, начиная совступительного напоминания отом, что сами страдания иболезни явились результатом первоначального грехопадения Адама иЕвы.Руководство поврачеванию ран вполевых условиях Ганса фон Герсдорфа (14551529), переизданное несколько раз после первой публикации 1517года, является еще более вероятным источником информации для Майстера Франца[tooltip word="[8]" text="Автор сверялся с изданием Feldtbuch der Wundartzney, newlich getruckt und gebessert (Strasbourg, 1528)."]. Основанный наобширном опыте автора вкачестве военного врача, 224-страничный сборник фактически являлся учебником медицины, который отобсуждения влияния наздоровье четырех телесных жидкостей, элементов ипланет переходил кпошаговым руководствам повыявлению симптомов иметодам лечения. Хотя Герсдорф больше фокусировался нанаружных ранениях, нонезабыл описать иосновы анатомии человека, атакже приложить несколько иллюстраций сподробными пометками. Подобно Вейеру идругим популярным авторам, он приводит изображения трав, атакже схемы изготовления скальпеля, сверла для черепа, шин для сломанных конечностей, зажимов идаже перегонного куба. Кроме того, вРуководство был включен обширный глоссарий латинских медицинских терминов иихнемецких переводов, атакже полный алфавитный указатель симптомов, частей тела иметодов лечения, что имело принципиальное значение для каждого неимеющего академического образования целителя.Принимая вовнимание успехи Майстера Франца вмедицине, мы недолжны недооценивать значимость диалога спациентами[tooltip word="[9]" text="Однапопулярнаяработа1532года,SpiegelderArtzney Лоренца Фриза (Lorenz Fries), была фактически построена вокруг вопросов, задаваемых пациенту во время консультации. См.: Claudia Stein, Negotiating the French Pox in Early Modern Germany (Farnham, UK: Ashgate, 2009), 4849."]. Уверенность всебе, умение создать обнадеживающую атмосферу эти идругие навыки межличностного общения были очень важны, особенно учитывая, что беседа враннее Новое время была гораздо более важным элементом медицинской консультации, нежели физическое обследование. Как утверждалось водном изпопулярных руководств, хорошая история болезни это уже половина диагноза[tooltip word="[10]" text="Jutte, Arzte, 108. См. также: David Gentilcore, Medical Charlatanism in Early Modern Italy (Oxford, UK: Oxford University Press, 2006)."]. Сведения опрофессии пациента, членах его семьи, диете, режиме сна имногом другом могли быть полезными для любого практикующего врача. Ноособенно ценными они были для палачей идругих народных целителей, которые немогли опираться нинаофициальный сертификат врача или цирюльника-хирурга, нинаэффектные зрелища, которые устраивали странствующие шарлатаны. Майстер Франц мог добиться успеха только благодаря кропотливой работе склиентами исозданию круга преданных пациентов, которые чувствовали, что он понимает ихнедуги иихсамих. Возможно, поверье ознаменитом прикосновении палача иприводило кого-то изпациентов напорог его дома, но, учитывая обилие доступных альтернатив, оно незаставилобы ихвернуться, неполучи они всамом деле хорошего лечения.Особенно ценились навыки вмедицинской сфере, привычной для палача, внаружных методах лечения, таких как восстановление сломанных костей, лечение тяжелых ожогов, остановка кровотечений изампутированных конечностей изаживление открытых язв или огнестрельных ранений. Более трети ран, обрабатываемых врачами ипалачами, были получены врезультате нападений схолодным или огнестрельным оружием[tooltip word="[11]" text="Из 2179 случаев в Кельне конца шестнадцатого столетия врачами, занимающимися ранениями, были вылечены 36,6 процента травм. Jutte, Arzte, table 6; G&T, 111."]. Эта была явная возможность для Франца проявить мастерство, ведь загоды работы впыточной он приобрел бесценный опыт изнал, каким образом избежать тяжелых ранений вовремя дознания, атакже как залатать приговоренного перед допросом или публичной казнью. По-видимому, Франц неполучал никакой дополнительной платы заврачевание заключенных, нонекоторые изего товарищей-палачей зарабатывали втри-четыре раза больше заисцеление подозреваемого, нежели запытки, ставшие причиной лечения[tooltip word="[12]" text="Nowosadtko, 16366."].
Медицинские записи Шмидта донас недошли. Но, поего собственным оценкам, започти 50лет лекарской практики вНюрнберге инаприлегающих кнему территориях ему довелось врачевать более 15000 пациентов[tooltip word="[13]" text="Restitution, 202r."].Даже допуская некоторое преувеличение инепредумышленный двойной учет (Франц никогда небыл силен вматематике), следует признать, что эта цифра является выдающейся. Она означает, что Майстер Франц наблюдал всреднем более 300 пациентов вгод как минимум вдесять раз больше людей, чем бывало наего приемах напредыдущей работе. Утешалоли его это, когда он думал омногих муках, которые осознанно причинил? Усиливалли почти ежедневный врачебный опыт его ибез того глубокую сострадательность кжертвам преступлений? Несомненно, репутация успешного целителя помогала смягчить презрение, накоторое обычно были обречены палачи. Ноее было явно недостаточно, чтобы вернуть Францу иего семье благородный статус.Вэтом контексте избирательный подход, согласно которому люди соглашались наприкосновение палача, сточки зрения современных нравов кажется особенно мистическим инепредсказуемым. Теже самые люди, которые отказывались разделить стол или выпить спублично осуждаемым палачом, неговоря уже отом, чтобы допускать его всвои дома, очевидно, нестеснялись посещать Франца вего собственном доме, где позволяли ему возлагать насебя руки[tooltip word="[14]" text="Валентин Доизер смог в 1641 году получить имперскую привилегию, что позволило ему делать визиты на дом в любом месте и без помех практиковаться в качестве лекаря и цирюльника; G&T, 41."]. Конфиденциальность таких встреч частично объясняется двойным стандартом, новтоже время совершенно очевидно, что консультация уМайстера Франца помедицинским вопросам непредставляла собой особой тайны или причины позора. Вероятнее всего, учитывая характер целительства, большинство его пациентов были солдатами, чернорабочими икрестьянами. Тем неменее унего также регулярно бывали наприемах уважаемые ремесленники, патриции идаже некоторые представители элиты, втом числе три имперских посланца, настоятель Бамбергского собора иодин тевтонский рыцарь, атакже несколько городских советников ичлены ихсемей[tooltip word="[15]" text="Restitution,203rv."]. Постоянный приток людей разных сословий вДом палача явно демонстрирует ошибочность представлений ополной маргинализации людей этой профессии иихсемей. Сдругой стороны, такой регулярный контакт слюдьми, избегавшими его напублике, еще больше утяжелял нелегкое бремя этого странного инеопределенного социального статуса.Лечение наружных ран было прерогативой цирюльников-хирургов, ипотому между ними ипалачами разгорались частые споры иконфликты, которые обычно заканчивались вмешательством властей. Издесь, повсей видимости, именно репутация Франца, как личная, так ипрофессиональная, предотвратила гнев конкурентов игородского совета. Он никогда неподвергался гонениям засвою практику состороны магистрата. В1601году отцы города даже фактически отослали одного человека, неудовлетворенного тем, как местный цирюльник пытался вылечить колено его семилетнего сына, некмуниципальным врачам, акМайстеру Францу[tooltip word="[16]" text="RV 1726: 58r v (Jul 7 1601)."]. Восемь лет спустя цирюльник Ганс Дюбелиус спросил насовете гильдии, несочтутли коллеги его бесчестным, если он примется залечение раненого трактирщика, которого уже лечил Майстер Франц. Члены совета заверили Дюбелиуса, что он может действовать, неопасаясь бесчестья, ноотказались делать выговор палачу заего медицинскую деятельность[tooltip word="[17]" text="RV 1835: 25r (Oct 14 1609)."]. Маловероятно, что нюрнбергские цирюльники-хирурги признали Франца вкачестве коллеги-профессионала, ноони инепытались открыто оспаривать его навыки или очевидное влияние намагистрат.
Еще одной потенциальной угрозой медицинским успехам Франца было стремительно возраставшее напротяжении всей его жизни укрепление позиций академического медицинского образования. Профессиональные врачи долгое время занимали верхушку пирамиды престижа идохода впрофессии, ноихчисло оставалось небольшим. Однако сконца XVIвека началось доминирование врачей намедицинском рынке. Во-первых, внемецких городах они стали объединяться, образуя полугосударственные органы, такие как нюрнбергская Медицинская коллегия, созданная в1592году под руководством доктора Иоахима Камерария. Втоже время врачи убеждали городскую власть втом, что разнообразные изачастую невежественные методы практикующих знахарей, включая даже цирюльников-хирургов, аптекарей иповитух, сертифицированных вгильдиях, требуют более строгого регулирования инадзора. ВНюрнберге это означало ряд ограничений для лицензированных гильдиями специалистов ибольшие штрафы даже возможное изгнание для любителей-зубодеров, алхимиков, бабок, евреев, черных магов ипрочих знахарей[tooltip word="[18]" text="Mummenhoff, Die offentliche Gesundheits, 15; L. W. B. Brockliss and Colin Jones, The Medical World of Early Modern France (Oxford, UK: Clarendon Press, 1997), 1314."].Ксчастью для Франца Шмидта иего преемников, Медицинская коллегия нестала брать насебя ответственность заупразднение ихмедицинской практики, лишь ограничила ее лечением наружных травм, окоторых уних имеются некоторые знания[tooltip word="[19]" text="В 1661 году нюрнбергскии совет ответил на гневныи запрос аугсбургских врачеи по поводу широкомасштабнои медицинскои деятельности их палача, заявив, что такие деиствия для палачеи вполне допустимы. Stuart, 163."]. Майстер Франц успешно избежал иоткрытых конфликтов сврачами, которые настигли других палачей повсей империи, включая иего собственных преемников. Удивительно, носудебно-медицинская работа Франца привела его кболее тесному ирегулярному контакту именно сэтими профессионалами-патрициями, анесремесленниками-цирюльниками, которые были намного ближе кнему поуровню образования иопыту. Возможно, тоуважение, которым Шмидт, судя повсему, пользовался вофициальных кругах, даже побудило его помечтать обэтой благородной, нопока недостижимой профессии для одного изсвоих сыновей. День, когда такой социальный скачок станет возможен, был ближе, чем он мог предполагать.
Источник: postnauka.ru
К списку статей
Опубликовано: 14.04.2020 20:04:33
0

Сейчас читают

Комментариев (0)
Имя
Электронная почта

Поддержи постнауку

Категории

Последние комментарии

© 2006-2020, umnikizdes.ru